– А где ты спишь? – тихо спросила она. Я кивком указал на темную дверь, что вела в мою спальню. Невнимательная, видимо, не заметила ее. Девчонка смущенно кивнула и стала разглядывать пол под ногами, словно надеялась найти у своих ног храбрость задать следующий вопрос. Я понял, в чем дело.

– Говори, Тули, – снизошел я, назвав девчонку по имени.

– Я… Мне… – она пыталась подобрать нужные слова, что страшно мешало мне сосредоточиться. – Можно я останусь в твоей комнате? – наконец сказала она. Я посмотрел на нее. Теплые глаза с неуверенностью всматривались в мое лицо, словно стараясь прочесть мои мысли – разозлился ли я от этого вопроса.

– Я не помешаю тебе, – начала тараторить девчонка. – Устроюсь в кресле, не прикоснусь ни к одной книжке… Меня бросает в панический страх при мысли, что где-то может открыться портал и за мной придут и… Мне страшно, Локи, – призналась она в собственном бессилии перед своими эмоциями.

Девчонке дорогого стоило сказать это. Она стояла передо мной, теребя кончик медной косы, и с покорностью ждала моего ответа. Почему я испытываю к ней сочувствие?..

– Иди, ложись на кровать в спальне, – ответил я, отвернувшись к книгам на столе. – Думаю, что сегодняшнюю ночь я проведу за чтением.

Я почувствовал, как засияла от радости девушка. Она нерешительно шагнула в сторону темной двери и, дойдя до нее, застыла на пороге.

– Спасибо, мой друг, – с благодарностью прошептала она.

– Через эти руны никто не проберется без моего согласия. Спи, – ответил я, и когда она скрылась в проходе, с улыбкой добавил. – Мой друг.

POV Тули

У меня были друзья. Верные, готовые пожертвовать собой, любящие и поддерживающие меня даже тогда, когда я впервые нарушила закон… Я с нерешительностью прилегла на край широкой кровати, которая была застелена тяжелыми тканями с причудливой вышивкой. В комнате было прохладно, но еще и укрыться одеялом Локи мне не позволяла наглость. Я и так повела себя слишком вольно, поддавшись своему страху и попросившись остаться. Мне вообще можно было не рассчитывать, что он позволит мне переночевать в его покоях.

Я свернулась калачиком, подложив ладонь под голову, и всматривалась вдаль, стараясь охватить взглядом всю красоту ночного неба Асгарда. Оно переливалось темными оттенками всевозможных цветов, словно художник уронил в воду свою палитру, и краски стали оставлять волшебный летящий узор в виде легкого расплывающегося облака. Сквозь всю эту красоту мерцала россыпь звезд… Во многих мирах верят, что в свете далеких звезд обитают души умерших дорогих нам людей. Возможно, где-то там, бесконечно высоко в небе, на меня смотрит мой брат… Моя мудрая мать, мой отец, с которым я так и не познакомилась… Моя сестра… И мои друзья, которые в свое время стали мне второй семьей… Они убили их всех.

В монастыре, когда мне сообщили о смерти моих родных, на следующую ночь я отправилась к начальнику военной стражи, который командовал солдатами, что совершили убийство. Я подожгла его комнату и явилась к нему, устрашающе пробираясь сквозь полыхающий огонь. Он был страшно напуган, но тихо и покорно принял свою смерть, лишив меня сладости мести. Когда об этом узнали в монастыре, меня заключили под стражу. Но я сумела сбежать. Монах Хиланен, мой собрат, помог мне скрыться среди ночи и даже нашел добрых людей, которые подарили мне временное укрытие. А затем мне стали помогать и другие монахи. Все они были со мной одного мнения: диктатура, исходившая от правителя, была переполнена жестокостью, и он должен быть свергнут. Но мною больше двигала первобытная жажда мести. С их помощью я сожгла множество приближенных нашего государя… Но вскоре поймали и меня, и тех людей, что меня покрывали.

Монахов мы не выдали. Но я их больше никогда не видела. Думаю, что они так и служат в монастыре добрым духам, смирившись с жестокостью окружающего их мира и в молитвах своих прося справедливости… Моих сообщников казнили. Как я говорила, быстро и надежно… Я не видела этого, мне только сообщили об их смерти, оставив наедине с собственным чувством вины. А от меня решили избавиться, как от надоедливой безделушки, посчитав, что я абсолютно сломлена происходящим и не решаясь посягать на собственность духов – мою жизнь.

Я почувствовала, как подушка подо мной намокла от слез и подумала, что Локи вряд ли этому обрадуется. Наспех вытерев “признаки своей слабости” с лица, я закрыла глаза и улыбнулась. “Мой друг” – прозвучал голос Локи в моей голове. Я услышала его слова…

Ночью я сквозь сон уловила звук открывающегося окна и почувствовала, что меня неуклюже накрыли одеялом. Приоткрыв глаза, я увидела тонкий профиль трикстера, он лег рядом со мной, закинув руки за голову и закрыв глаза. На душе вдруг стало невероятно спокойно, и я снова провалилась в темноту.

Воинственный звук рога вытянул меня из глубокого сна. Я с испугом оторвалась от подушки и увидела, что Локи взволнованно приподнялся на локтях с кровати. Он непонимающе смотрел в окно, пытаясь понять, что это за звук.

– Это же не Хеймдалль? – хриплым испуганным голосом спросила я.

– Нет, это… – на минуту он замолчал, и вскоре снова послышался этот же звук. – Это темница! – уже без сомнения в голосе воскликнул Локи. – Оставайся в моей комнате! – он рывком встал с кровати, быстро надел сапоги и помчался к двери. Вдруг раздался звук другого рога, уже знакомого мне. Затем последовал грохот, и все помещение начало трясти.