И тут я вспомнила, что поделилась с Одином всем тем, сокровенным, что недавно только открылось мне самой… И все это слушал вовсе не Один, а Локи! Дышать стало еще тяжелее, поэтому я не придумала ничего лучше, как выплеснуть ярость на Бога Обмана, ударив его еще разок. Но на этот раз, Локи перехватил мою руку и крепко прижал меня к себе.

— Твоя первая реакция понравилась мне больше, — с легкой издевкой произнес он, стараясь меня усмирить. Я же изо всех сил билась в его руках, желая разукрасить синяками любимое лицо. Он снова поцеловал меня, заставляя обмякнуть в его объятиях и, наконец, сдаться…

— Так-то лучше, смертная, — прошептал Локи. Я улыбнулась и провела рукой по его спине, заставляя одежду воспламениться. Нет, одним ударом я была недостаточно отомщена.

— Да что же ты творишь, женщина! — со смехом воскликнул Бог Обмана и быстрыми движениями скинул горящий плащ.

— Вот так действительно лучше! — торжествующе улыбнулась я.

========== Глава 13. Сон и реальность. ==========

Мир вокруг меня сделал очередной кульбит. Я чувствовала себя эмоционально выпотрошенной. За последнее время на меня свалилось столько событий, что теперь хотелось только одного: забыться глубоким и безмятежным сном. Но уснуть не удавалось. Сердце радостно трепетало в груди от того, что Локи оказался живым и здоровым, а губы помнили его прикосновения, и это все заставляло меня улыбаться как слабоумную.

Локи сказал, что вернется позже, и я получу ответы на все свои вопросы. Когда он снова принял облик Одина, мне вдруг стало не по себе. А вдруг он не придет? А что, если это все приснилось мне? Или Всеотцу все-таки удалось свести меня с ума? Но затем, я услышала тихий и насмешливый голос трикстера в своей голове.

Я практически чувствую, как ты паникуешь! Если тебе удастся поспать, то ты будешь адекватнее принимать решения, когда я вернусь.

Услышав это, я усмехнулась. Он здесь и никуда не исчезнет. Хотя, сложно говорить о Локи с уверенностью. Наверно, можно только слепо довериться ему. Довериться Божеству Обмана и Лжи. Потрясающе!

Обернувшись, я заметила стоящий на столе поднос с едой. Я только сейчас поняла, что ничего не ела уже пару дней, поэтому схватила рукой несколько аккуратно нарезанных кусков мяса и с жадностью начала есть, наслаждаясь его изумительным вкусом. Интересно, всех заключенных так кормят? Или у меня особые привилегии? Съев все, что лежало на подносе, я быстрыми глотками осушила полкувшина с водой. А затем, мысленно порадовавшись, что никто не видел моего небольшого «пиршества», снова легла на кушетку, с удовольствием отмечая, что зудящая головная боль постепенно проходит. Видимо, голова болела не только от пролитых слез, но и от голода.

Я подложила ладонь под голову, звякнув магическим браслетом, и прикрыла глаза, чувствуя тяжесть своего уставшего тела.

POV Локи

Я ощущал ее страх. Она боится. Боится, что правда, открывшаяся ей, — лишь иллюзия. Она боится проснуться снова одинокой. И этот страх грозил вымотать ее эмоционально. А девчонке и без того немало досталось… Может, и не стоило ее так мучить. Но тогда обман мог бы раскрыться. А если бы я полностью открыл ей свои планы, то моя «смерть» не была бы настолько правдоподобной. Да и, признаться, было приятно услышать, что ее дружба ко мне превратилась в нечто большее. Интересно, она отдает себе отчет в том, КОГО она полюбила? Сомневаюсь… Но и лукавить самому себе нет смысла, я тоже не могу относиться к ней просто как к другу. Вот только то, что я испытывал к ней, невозможно обрисовать каким-то конкретным словом. Жители Мидгарда вкладывают в слово «любовь» столько смысла, а ведь то чувство, что они имеют в виду, настолько многогранно, что не может быть охарактеризовано обыкновенным набором звуков. Все гораздо сложнее и глубже…

Слушая военные отчеты, я невольно вспомнил, как смотрела на меня Тули, когда я сбросил иллюзорное обличье Одина и предстал перед ней во всей красе. И то, что было потом…

Это милое создание теперь выглядит словно тень: скулы и ключицы стали выделяться еще больше, а тонкие запястья исхудали настолько, что казалось, их можно легко сломать, просто сжав в руке. Надо будет ее немного откормить…

Выслушав отчеты о мятежниках в Ванахейме, я отпустил докладчиков и направился к темнице. Надеюсь, девчонка все-таки смогла хоть немного поспать. В том состоянии, в каком она явилась сюда, нельзя мыслить разумно. Будь она просто человеком, все события вовсе могли лишить ее рассудка. Подойдя к камере, я мгновение помедлил, засмотревшись на смертную. Девушка безмятежно спала, положив голову на руку. Растрепанные медные волосы спадали на лицо. Забавная смертная. В день нашей первой встречи она так настороженно относилась ко мне, словно чувствуя опасность. А сейчас она готова довериться каждому моему слову. И, как не прискорбно, не все ответы, которых она так ждет, будут правдивыми. Ради ее же блага истина будет раскрыта ровно настолько, насколько я посчитаю нужным.

Мои размышления прервал смех спящей девушки. Поразительно, она смеется во сне… Я без труда мог бы заглянуть в ее сознание и узнать, что же вызвало улыбку. Но, вопреки своему любопытству, решил оставить ей возможность в полной мере насладиться своим сном. Приняв свой настоящий облик, я вошел в камеру и присел рядом с ней на кушетку. Пожалуй, позволю поспать ей еще немного. Тяжело признавать, но, похоже, что рядом с этой девчонкой я становлюсь мягче… Довольно досадный факт, но он доставляет мне наслаждение…

Вдруг девчонка резко вздохнула, и ее дыхание стало прерывистым и неравномерным. Она сжалась в комок и закричала, прижимая руки к животу. Я схватил ее, пытаясь разбудить, но мне это не удалось.

— Смертная! — крикнул я, тряся ее за плечи. — Немедленно проснись! — мне с трудом удалось положить ее на спину, и тут моему взору предстало растекающееся кровавое пятно в боку девчонки.

На миг. Всего лишь на миг мое сердце охватило страх за смертную. Дальнейшие действия совершались абсолютно уверенно и без тени сомнения. Я обхватил ее голову, положив ладонь на висок, и наклонился к самому уху девушки…