Пайпер смотрела в пустоту. Она моргнула, когда Мона коснулась ее плеча. Мама улыбалась ей, но печально.

— Я видела тебя такой спокойной, только когда ты была малышкой, — она всхлипнула. — А потом я едва тебя видела. Мы должны быть вместе, Пайпер. Мне нужно, чтобы ты была со мной, и я знаю, что тебе нужно быть со мной. Одна ты всегда в беде.

Мона коснулась ее щеки.

— Как ты, милая? Спокойна? Ты не должна ощущать страх.

Пайпер тупо смотрела на нее. Мона чуть нахмурилась.

— Уолтер переборщил? — она прищурилась. — Наверное. Но это лучше, чем дать меньше. Эта ночь изменит твою жизнь.

Мона терла плечи Пайпер, успокаивая, пока они ждали. Мысли и эмоции мелькали в тумане в голове, не касались надолго, чтобы она успела их ощутить.

Время шло. Пайпер не замечала. Другие начали появляться, и ее подняли на ноги и повели по комнате. Они миновали порог, от гула Пайпер замерла в смутном удивлении. Ладони подтолкнули ее. По ступенькам. Уолтер стоял перед платформой. Кто-то повернул ее лицом к комнате, и Пайпер моргнула.

Лица смотрели на нее. Много лиц. Комната немного покачивалась. Толпа с любопытством смотрела на нее, но они не знали, зачем она была здесь.

Кто-то подтолкнул Пайпер к краю платформы, в сторону от света прожектора. Все посмотрели на Уолтера, он снова заговорил. Пайпер не вслушивалась в его слова. Он говорил о планах на будущее. Целях. Миссиях. Консульствах. Как они защищали деймонов вместо людей. Как их испортила любовь к деймонам.

Слова кружились и танцевали в вихре звука. Пайпер не двигалась, ждала без мыслей и тревог, смотрела на растущие тени за окнами. Солнце пропадало.

— И теперь мы готовы столкнуться с оставшимися деймонами, — заявил Уолтер, — у нас есть сильный союзник. Кто-нибудь знает уникальную историю Пайпер? Видите ли, она родилась у чеймонов.

Пара криков недоверия из толпы.

— Все мы знаем, — продолжал он, — что девочки в семьях чеймонов умирают в детстве. Но знаете, что деймоны могут спасти девочек? Деймон спас Пайпер от смерти, запечатав двойную магию, что она получила от родителей. Сотни лет деймоны позволяли нашим детям умирать, хотя могли спасти каждого. Почему? Потому что не хотят конкуренции. Чеймон с двумя магиями силен, как деймон! Деймоны хотели, чтобы мы были слабее них, так что позволяли девочкам умирать.

Гаяне злились.

— Магия Пайпер была запечатана всю ее жизнь, и она была слабой. Этой ночью мы снимем печать и дадим ей полный доступ к магии впервые в ее жизни. Узрите силу, какой могут обладать ваши дочери!

Громкие аплодисменты. Уолтер выключил микрофон и взмахнул рукой. Ладони потащили Пайпер к стулу в центре платформы, усадили ее. Другие руки коснулись ее плеч. Магия покалывала. Невидимые оковы сдавили ее руки, притягивая к спинке кресла. Пайпер моргала, не радуясь, но чувство быстро угасло.

Новое лицо появилось перед ней. Старушка. Она улыбнулась и похлопала по ладони Пайпер.

— Не бойся, дитя. Я сниму с тебя эти чары.

— Готова, Хелейн? — тихо спросил Уолтер. Толпа болтала, низкий гул звучал за ним.

— Конечно, — сказала Хелейн с долей нетерпения. — Не сомневайся во мне. Я убирала грязные чары деймонов с сотен несчастных душ.

— Тогда начинай, — кратко ответил он.

— Это будет сложно? — спросила Мона рядом с Пайпер. — Деймон был…

— Тихо, — рявкнула Хелейн, прижала ладони к голове Пайпер. — Плохо то, что вы дали злому деймону окутать дочь злыми чарами. Он плохо постарался. Я ощущаю нити заклятия, оно рвется. Оно протянут не больше года.

Пайпер смотрела на лицо старушки, сморщившееся от сосредоточенности. Столько морщин. Ее руки были грубыми, держали крепко. Голова Пайпер была горячей от ее прикосновения. Шепот тревожно звучал в ее голове. Это было плохо, да? Она же этого не хотела, да?

Женщина пропыхтела:

— Дьявол неплохо постарался. Заклинание не поддается.

— Вы можете…

— Тихо!

Голова Пайпер раскалялась. Вспышки огня мелькали в черепе. Она хотела, чтобы женщина прекратила. Было больно. Боль кружила в тумане, становилась сильнее, угрожала ее спокойствию. Огонь растекался в груди. Ее руки дернулись, скуление вырвалось из горла. Хватит. Остановите это.

— Ей больно…

— Тихо, Мона! Дай ей закончить.

Жарче и жарче. Огонь внутри нее. Маленькие молнии в голове, летящие к спине и по позвоночнику. Туман в голове покраснел от боли. Облако рассеивалось.

Агония пронзила голову, и Пайпер завизжала.

Боль прекратилась, пропав, как лопнувший пузырь. Она задыхалась, боролась с туманом, что смел мысли из ее головы.

Хелейн раскинула руки.

— Готово! — прокаркала она.

Толпа завопила, придвинулась к платформе. Они поздравляли Пайпер.