– Откуда ты знаешь, как выглядит младенец?
– усмехнулся я, с теплом заглядывая в лучистые карие глаза. Теперь-то я знал, что между мной и Лирой было гораздо больше общего, чем считал вначале. Не важно, насколько сильно мы похожи на людей, важно то, что и ее, и меня породила эта планета. И как бы я ни мечтал называть себя человеком, я был лишь слабым его подобием, произведением искусства инопланетного художника. Потому что я-настоящий давным-давно был мертв. А Лира даже не имела прототипа в реальности.

И несомненным подтверждением нашей принадлежности к местной форме жизни служил «контакт», тесно сплетающий между собой наши тела и ветви деревьев, открывая наши мысли друг другу и нашу искренность. Мы готовы были двигаться дальше. Нас ждал необыкновенный путь, наполненный открытиями.

В ночной долине вспыхивали огни, очерчивая ровный круг – это прогревались антигравитационные двигатели субмарины.

– Он будет знать то, что пережил я? – спросил я у Лиры, обнимая ее изящные плечи и глядя на то, как «Ребро Адама» взмывает в небо.

– А лучше, чтобы знал или чтобы не знал? – ответила Лира вопросом на вопрос; ее глаза не прекращали светиться счастьем, с тех пор как я заявил, что остаюсь. Не было разницы, кто улетит, он или я, раз уж мы оба не были настоящими. Так пусть будет шанс у того, кто не пережил боль узнавания правды. Он сможет покорить новые планеты, если будет думать, что он и есть капитан Роджер Абрамс, человек с Земли, любитель поговорить с фотографией Лиры Портман, фотомодели, певицы, актрисы и просто красивой, но несуществующей девушки.

– Может, было бы лучше ему вообще не приземляться на эту планету, - задумчиво кивнул я, щурясь, чтобы разглядеть стремительно уменьшающуюся в черном звездном небе огненную точку. – Так было бы проще жить.

Улыбнувшись, Лира крепко-крепко обняла меня, прижимаясь всем телом.

– Что дальше? – спросила она, когда мы остались совершенно одни на этом островке во Вселенной: я и девушка в огромном миролюбивом мире грибов, живые и непостижимые, влюбленные и естественные. – Перед тобой открыты любые возможности: семья, дети, новая колония, другие тела, другие резервации, бессмертие. С чего начнем, Роджер?

– С тебя, - улыбнулся я, показывая на наши слитые воедино ноги, образующие общий замкнутый организм. – Ты стала человеком ради меня, просто для того, чтобы сделать меня счастливым. Теперь я хочу стать таким как ты ради тебя. Покажи мне свой мир, Лира.

Эпилог

На нашей ржавой посудине утро начиналось не с восхода солнца, чьи яркие лучи красиво подсвечивали светлеющий горизонт, а с сигнала для пробуждения команды корабля.

Сейчас наша очередная миссия находилась на стадии завершения. Мы болтались по галактике 100887-GQ-12 уже четыре года, найдя тридцать две планеты, потенциально пригодные для жизни. Четыре из них можно было заселять уже сейчас, другие нуждались в той или иной корректировке условий. Вся информация о найденных мирах уже была отправлена в ОКЦ, а мы приступили к обследованию последней в этом регионе планетарной системы, возле звезды класса С, так похожей на наше родное солнце.

Я потянулся, не желая вставать.

– Адам приветствует команду корабля и желает удачного дня, - раздавался из динамиков механический голос бортового компьютера. – Система жизнеобеспечения: в норме. Температурные условия: оптимальны. Время: 12:32:22:01:3017 по земному времени. Одиннадцать минут до входа в гиперпространство.

Одним резким рывком я поднялся, разминая вялые после сна мышцы. Плеснул в лицо холодной воды и тщательно умылся. Переоделся в форму капитана. Из зеркала на меня смотрел молодой тридцатишестилетний мужчина: овальное лицо с заостренными чертами, пронзительный взгляд и плотно сжатые губы, черные прямые волосы, торчащие в разные стороны.

Маленькая фотография в верхнем углу зеркала привлекла мое внимание: красивая девушка с миндалевидными карими глазами и волнистыми густыми волосами цвета красного дерева. Лира Портман, модель, певица, актриса. И мой неизменный талисман вот уже много лет.

– Привет, дорогая, - улыбнулся я в ответ на ее чудесную белозубую улыбку. – Отлично выглядишь сегодня. – И добавил, убирая фотокарточку в нагрудный карман: - Пора поработать. Вечером поговорим.

На мостике члены экипажа уже устраивались в защитных капсулах для погружения в криосон перед тем, как корабль войдет в гиперпространство.

– Вольно, - махнул я им рукой, призывая заниматься своими делами. Внимательно просмотрел полученные данные: они гласили, что планета DEM-686 оказалась непригодна для жизни, ее атмосфера была ядовита для людей.

Я косо взглянул на бело-розовый шарик, видимый через прозрачное панорамное окно. А какие большие надежды возлагались на этот с виду дружелюбный мир! Идеальная сила тяжести, вполне комфортные температурные показатели, но состав воздуха абсолютно не оправдал наших ожиданий. Цокнув досадно языком, я одним нажатием пальца вычеркнул DEM-686 из реестра перспективных планет. И чего ради я придумал ей название «Эдем»? «Демон» казалось намного правильней. Чертовы несбывшиеся ожидания, отпуск не удался. Придется искать развлечение в другой галактике.