Водяные потоки неслись со всех сторон, и в какой-то момент вырвались даже из-под грунта, размывая потерявшие упругость корни. Одна такая волна ударила мне в лицо, сбила с ног и покатила, беспомощно барахтающегося, вниз по склону. Уцепиться было не за что – все вокруг превратилось в скользкую жижу, вспученные корни лопались под пальцами, выпуская наружу сладковатый удушливый газ. Спуск стал круче, я съезжал все быстрее, теряя шанс остановиться.

– Критическая отметка пройдена, капитан, - предупредил безапелляционно компьютер. – Вы в токсичной зоне. Вам нужно немедленно вернуться на безопасную высоту.

Я и сам это знал, чувствовал, как яд проникает в легкие и выжигает ткани. Не мог вздохнуть, продолжал катиться вниз, приближаясь к недостижимой капсуле, но и к неизбежной смерти. Сколько у меня времени, двадцать две минуты?

Крича, хотя здесь не было никого, способного оказать мне помощь, я стал загребать руками, толкая себя в сторону, пока не налетел прямо на скрюченный ствол. Он проломился под ногами, и вместе со щепками я помчался дальше, резкая боль обожгла колено. Считанные секунды оставались до потери сознания, когда я влетел в следующий ствол, ударившись всем телом и головой. Небо и земля поменялись местами.

– Это то, чего вы хотели, капитан? – раздался равнодушный голос Адама, будто он интересовался обыденными вещами, например, какую книгу я желаю прочитать.
– Такой опасности вам недоставало?

Я не смог ответить. Сознание уже покидало мое стонущее от боли и дрожащее от ужаса тело.

IV

Мне снилась Лира. Должно быть, те самые галлюцинации, о которых говорил Адам, воплотились в умирающем сознании. Она была так реалистична! Ее прекрасное лицо склонилось надо мной, закрывая солнце, она была похожа на ангела, за спиной которого мерцает божественный свет. Улыбка раздвинула полные розоватые губы, обещая райское наслаждение. Теплая рука нежно гладила меня по волосам, так может утешать только любимая женщина.

– Чего ты хочешь? – ласково спросила она, и ее голос пробудил мое желание жить.

– Тебя! – попытался сказать я, но изо рта не вырвалось и звука.

Лира кивнула, как будто услышала мои мысли, и ее пышные длинные волосы защекотали мое лицо. Я улыбнулся, силясь поднять руку, налитую свинцом, будто она вросла в саму землю, и я стал неотделимой частью странной биосистемы планеты. Девушка подарила мне еще одну улыбку – это была самая приятная галлюцинация из всех. Если в моем Эдемском саду будет Лира, то я согласен на такой Рай.

– Спи, - приказала она. – Все будет хорошо.

V

Пробуждение было неожиданным, но легким. Я просто открыл глаза. В теле поселился покой, никакой боли, головокружения, жжения я не чувствовал. Дождь прекратился, и воздух снова казался чистым. Пахло чем-то сладким и свежим, такой запах бывает, если надломить веточку алоэ или укусить сочное зеленое яблоко, только что сорванное с дерева.

Удивившись тому, что жив, я повернул голову и понял, что нахожусь в земле как в колыбели, со всех сторон укутанный корнями. Весна вернулась в эти края, вновь преобразив планету, вокруг высились новые деревья, покрытые миллионами почек еще не распустившихся цветов. Выглядело грандиозно: победа природы над стихией.

– Адам? – хрипло позвал я. – Где я? Сколько здесь нахожусь?

– Вы там же, где упали, - последовал ответ. – Прошло около месяца.

Не может быть. Я недоуменно моргал, не понимая, почему так долго не приходил в сознание и каким образом за этот срок не умер от обезвоживания и голода. Почему я все еще существую, когда Адам говорил о мучительном отравлении ядовитыми парами.

– Я… дышу? – Это было удивительно, учитывая мои последние воспоминания.

– Воздух пригоден для дыхания, капитан.

– Как это вышло?.. – Я помнил, как стремительно катился по склону в смертельную зону, как ядовитые испарения обжигали легкие и глаза.

– У меня нет ответа, капитан.
– Я уже стал привыкать к необъяснимой неосведомленности Адама.

– Может, дожди смыли отравляющие вещества в низину?

– Или вам повезло, и диаметр благоприятной для жизни зоны снова увеличился.

– За двадцать две минуты?! – не поверил я, прекрасно помня, на какое громадное расстояние продвинулся внутрь небезопасной среды. – А мог ли мой организм адаптироваться сам? – Я ощущал новые запахи, они немного горчили, не так, как всегда.

– А могло ли само место подстроиться под вас? – ответил Адам вопросом на вопрос.

Мой пытливый ум цеплялся за эти невнятные предположения, нащупывая правильный ответ, но пока не облек его в достойное объяснение.

– Не двигайтесь, капитан, - посоветовал компьютер, когда я шевельнулся, намереваясь встать. – Преобразование еще не закончено.

Туманный смысл не вызвал желания подчиниться, напротив, напугал, и я резко сел, ощупывая тело. Умом я понимал, что пролежал без сознания несколько недель, так что за этот срок кончилась зима и успели подняться к небу ростки, но цифра не укладывалась в голове. По всем параметрам я, попавший в зону токсичных испарений, должен был умереть. Сколько мне было обещано? Всего лишь двадцать две минуты…