Вы что собрались петь в караоке? – удивлённо вскинув брови, гляжу на троих братьев. Я знала, что Том не любит петь на публику. Несмотря на то, что большую часть детства он провёл на сцене, исполняя роль Билли, со временем у него развился какой-то комплекс. Парень пел только в душе или же в кругу родных и близких. Тот факт, что я могла слышать его пение по утрам делал меня особенной. Он при мне не стеснялся.

Ну, не совсем. Как пойдёт. Я предлагаю выпить здесь, а затем спуститься вниз, – отвечает мне Гарри. Я все ещё не привыкла к его низкому голосу, и каждый раз удивлялась, насколько голос и внешность членов семьи Холландов расходятся. Том в свои двадцать три выглядел очень мужественным. Постоянные тренировки для фильмов сделали из него невероятно привлекательного и мускулистого мужчину. Лишь лицо выдавало в нем ещё совсем молодого парня. Несмотря на внешность голос его был высоким. Гарри же для меня почему-то был ребёнком. Хоть его черты лица были грубее чем у брата, рыжий цвет волос и веснушки делали его в моих глазах ещё подростком. Но стоило ему открыть рот, я вспоминала, что парень уже не ребёнок.

Неопределенно пожав плечами, я направилась вслед за компанией к нашему столику. Он располагался метрах в трёх от импровизированной сцены, на которой сейчас очень даже неплохо девушка пела какую-то унылую песню. Растягивая гласные, как могла, она пела о разбитом сердце и холоде внутри. Оглядываюсь по сторонам: то небольшое количество гостей, что находились здесь либо зависали в своих телефонах, либо в прострации смотрели в стену.

Ну и убийца вечеринки, – кивнув в сторону поющей девушки, хмыкаю я. – Кажется, ей уже хватит.

Близнецы начинают в голос смеяться, а Элис согласно кивает:

И не говори, как начнут завывать, так все веселое настроение пропадает. Надо будет расшевелить эту толпу, что думаешь, Мэр? Умеешь петь? – открыв барную карту, девушка пробегается глазами по меню, но как истинная британка все равно начинает с пива.

Не сказала бы так, но если с кем-то в дуэте, то не страшно, – остановив свой выбор на джин-тонике, отвечаю я.

Она прибедняется. Мэри классно поёт, я слышал, – выдаёт меня с потрохами Сэмюел и, положив одну руку на спинку стула Элисии, широко улыбнулся.

Кажется мы договорились не вспоминать об этом позоре, да, Сэм? – шутливо угрожающе смотрю на него я, на что парень поднимает руки в жесте “сдаюсь”.

В этот момент к нам подходит молоденькая официантка с ядерно розовыми волосами и принимает заказ. Я стараюсь подавить смешок, когда единственный холостяк в нашей компании – Гарри, провожает девушку взглядом, заценив её задницу. Под столом меня находят пальцы Томаса и, подняв на него взгляд, вижу, как смешинки плещутся в его глазах. Он тоже это заметил.

Ну, как вам отпуск ребята? Много синяков набили? – заводит тему Элис и я, посильнее обхватив ладонь Тома, включаюсь в разговор.

Вскоре нам приносят напитки, и мы дружно стукаемся бокалами. Стараясь перекричать пение посетителей, ребята с энтузиазмом обсуждают сноубординг и катание на лыжах, а я лишь иногда киваю невпопад. Я смотрю на Томаса и внутри у меня все переворачивается. Как же он скучал по такому времяпрепровождению. Последние несколько недель он проводил только со мной, а ему наверняка не хватало встреч с друзьями и простых посиделок за бутылочкой пива. Он активно жестикулировал одной рукой, второй продолжая сжимать мою под столом, рассказывая о моих успехах, а также как сам первый раз встал на доску. В ходе разговора выясняется, что Элисия чуть ли не профессиональная лыжница, и познакомились они с Сэмом три года назад, когда он работал здесь в сфере обслуживания. Этот факт пополняет копилку достоинств мистера и миссис Холланд, которые правильно воспитали своих сыновей. Научили их трудиться и зарабатывать, а также, что немаловажно, заботиться друг о друге.

Через полчаса и два стакана джин-тоника, Гарри и Том отправляются в уборную а я остаюсь с влюблённой парочкой наедине. Как и положено, они не могут отлипнуть друг от друга. Интересно наблюдать за ними со стороны. Сэм – невероятно милый парень. Он то и дело гладил Элисию по её длинным и шелковистым чёрным волосам, что-то шептал на ушко, а она заливисто хохотала, проводя ладонями по его густой шевелюре. Интересно, а мы выглядим как влюблённые со стороны?

Чтобы не смущать ребят, перевожу взгляд на сцену. Чернокожий парень из-за соседнего столика, заказывает старую песню Бруно Марса, и пританцовывая, пытается завести народ. Наконец-то что-то весёлое. Кажется остальные посетители думают об этом же, поэтому человек семь выходит на танцпол и тоже начинают танцевать вместе с парнем. Я покачиваюсь из стороны в сторону в такт мелодии и напеваю себе под нос. Рядом со мной приземляются братья, а за ними на столе материализуются три шота.

Воу-воу, кто-то решительно настроен сегодня повеселиться? – спрашивает Элисия, толкая локтем сидящего рядом Гарри.

Это не для меня, – загадочно протягивает рыжеволосый.

А для кого? – вопрос Сэма повисает в воздухе, когда наступает тишина, и я слышу голос ведущего: “А сейчас поприветствуем Диану с песней “Wrecking ball”. Следующей на сцену будет приглашена Мария, столик номер шесть!”

Опустив глаза на номер нашего стола, я молюсь всем известным богам, чтобы не увидеть там злополучную цифру шесть. Черт! Надеясь вновь убедится, что я ослышалась и это лишь плод моего больного воображения, я поднимаю взгляд на своего уже, как я решила, бывшего парня. Том улыбается как ни в чем не бывало и пододвигает стопки поближе ко мне.

Ты издеваешься? – немного взвизгнув, спрашиваю я, краем глаза замечая, как близнецы вновь достают воображаемый попкорн.

Ни в коем случае. Ты сама бы ни за что не решилась, а я знаю, что тебе хочется спеть. По глазам это вижу.

Тебе стоит позаимствовать очки у брата, зрение явно тебя подвело. Я не хочу петь! – словно маленький ребёнок, складываю руки замком на груди и зло смотрю на этого предателя.

Опять двадцать пять! – Том придвигается ко мне поближе, и опустив мои руки, шепчет мне прямо в ухо. – Ты хотела вырваться из своей клетки, так почему же снова начала трусить? Я же вижу, что ты хочешь. Ты замечательно поешь, и это прекрасный способ повеселиться. Тебя никто тут не знает, спой для себя, всем все равно, как ты это сделаешь. Или даже не так. Спой для меня, luv. Я очень хочу тебя сегодня послушать!