— Друзья мои. — Низкий голос Алланона легко перекрыл тихое перешептывание за столом, и он властно распрямился во весь свой семифутовый рост. В комнате мгновенно воцарилась тишина, и все лица повернулись в его сторону. — Друзья мои, сейчас я должен сообщить вам то, чего не говорил еще никому. Все мы понесли тяжелейшую утрату.

Он помолчал и по очереди обвел взглядом их взволнованные лица.

— Паранор пал. Охотничья дивизия карликов под командованием Повелителя Колдунов захватила Меч Шаннары!

Пару секунд в комнате стояла мертвая тишина, затем все гномы с яростными криками повскакивали на ноги. Балинор быстро поднялся, призывая к спокойствию. Шеа с Фликом ошеломленно уставились друг на друга. Казалось, только Мениона сообщение ничуть не взволновало, и он продолжал пристально изучать темную фигуру во главе стола.

— Паранор был взят изнутри, — продолжал Алланон, как только за столом восстановилось некое подобие порядка. — О судьбе тех, кто защищал Крепость и Меч, можете меня не спрашивать. Я слышал, что казнены все до последнего человека. Как это произошло, никто точно не знает.

— Вы были там? — вдруг спросил Шеа и тут же осознал, насколько глупо звучит его вопрос.

— Я столь поспешно покинул твой дом в Доле именно потому, что получил известие о готовящемся нападении на Паранор. Я прибыл туда слишком поздно, чтобы хоть чем-то помочь его защитникам, и сам с трудом сумел остаться незамеченным. В этом одна из причин, почему я так поздно пришел в Кулхейвен.

— Но если Паранор пал, а Меч захвачен‡— Вопросительный шепот Флика зловеще замолк на полуслове.

— То что нам теперь делать? — жестко закончил за него Алланон. — Вот в этом и заключается наша проблема, которую мы незамедлительно должны решить — для этого я и собрал этот Совет.

Внезапно Алланон покинул свое место во главе длинного стола и двинулся вдоль него, остановившись точно за спиной у Шеа. Он положил свою длинную руку на его худое плечо и повернулся к своим затихшим слушателям.

— Меч Шаннары не имеет силы в руках Повелителя Колдунов. Его может поднять лишь сын дома Джерле Шаннары — лишь это удерживало силы зла от немедленного выступления. Вместо этого враг планомерно выслеживал и уничтожал всех членов этого Дома, по очереди, одного за другим, даже тех, кого я пытался защитить — всех, кого я сумел разыскать. Сейчас все они мертвы — все, кроме одного, и этот один — это юный Шеа. Шеа лишь наполовину эльф, но он является прямым потомком великого короля, многие годы назад владевшего Мечом. Теперь он должен вновь поднять его.

Шеа хотел было рвануться к двери, но сильная рука сдавила его плечо. В отчаянии он взглянул на Флика и увидел свой страх, отраженный в глазах брата. Менион даже не пошевелился, но было видно, что это сухое заявление потрясло и его. Алланон ожидал от Шеа больше, чем имел право требовать от любого из живущих.

— Ну что ж, кажется, мы немного удивили нашего юного друга. — Алланон коротко рассмеялся. — Не отчаивайся, Шеа. Все не так плохо, как могло тебе сейчас показаться. — Он резко повернулся, прошел на свое место во главе стола и встал лицом к собравшимся.

— Мы обязаны вернуть Меч любой ценой. У нас нет другого выхода. Если нам не удастся выполнить это, то весь мир будет ввергнут в величайшую войну за всю его историю, сравнимую лишь с Великими Войнами, уничтожившими две тысячи лет назад почти все живое на Земле. Меч жизненно необходим нам. Без него нам придется полагаться лишь на собственную силу и доблесть — и в этой битве железа и мускулов с обеих сторон погибнут неисчислимые тысячи. Средоточием зла является Повелитель Колдунов, а его не уничтожить без помощи Меча и храбрости нескольких человек, среди которых и те, кто сейчас сидит в этой комнате.

Он снова помолчал, оценивая действие своих слов. В абсолютной тишине он с сомнением взглянул на безмолвные и угрюмые лица, обращенные к нему. Внезапно на дальнем конце стола поднялся Менион Лих и взглянул в лицо гиганту.

— Значит, вы предлагаете нам отправиться за Мечом — в Паранор.

Алланон медленно кивнул, на его тонких губах заиграла бледная улыбка, он ожидал реакции изумленных слушателей. Его глубоко посаженные глаза под высоким лбом мрачно заблестели, внимательно оглядывая окружающие его лица. Менион медленно сел, на его лице было написано полное неверие в эти планы, и Алланон продолжил.

— Меч все еще находится в Параноре; можно предположить, что там он и останется. Ни Брона, ни Носители Черепа не в силах перенести талисман оттуда — само его существование угрожает их дальнейшему пребыванию в мире смертных. Любой контакт с ним, длящийся более нескольких мгновений, причиняет мучительную боль. Это значит, что если они и предпримут попытку переправить Меч на север, в королевство Черепа, то только прибегнув к помощи карликов, все еще удерживающих Паранор.

Задача отстоять твердыню эльфов и Меч лежала на Эвентине и его эльфийских войсках. Хотя Паранор и потерян, эльфы все еще удерживают южную часть Стрелехейма, и всякая попытка карликов двинуться на север, к Властелину Тьмы, заставит их прорываться через патрули. Очевидно, Эвентина не было в Параноре в момент его взятия, и у меня есть причины полагать, что он постарается вернуть Меч или, по крайней мере, пресечет все попытки переправить его из крепости. Повелитель Колдунов должен это понимать, и я не думаю, что он рискнет лишиться оружия, заставив карликов вынести его из Паранора. Напротив, он предпочтет удерживать крепость, пока с севера не подойдут его армии.