– Сирина… – Тэдди коснулся ее руки. – Я здесь.

– Брэд? – Она повернулась к нему.

– Нет, Тэдди.

Глаза ее наполнились слезами, и она отвернулась.

Когда Сирину выписали через два дня, она все еще оставалась в том же состоянии. В то же самое утро им предстояло похоронить ее сына в маленьком белом гробике. Когда гробик опустили в землю, Сирина потеряла сознание. На следующий день привезли тело Брэда, и Сирине пришлось ехать в штаб подписывать бумаги. Тэдди думал, что у нее не хватит сил. Но ей как-то это удалось. Сирина подписывала бумаги с выражением ужаса на лице, который переполнял и его душу.

А после всего этого предстояло встретиться еще и с Маргарет Фуллертон. Сирина настояла, что позвонит и сообщит обо всем сама. Мать Брэда не расплакалась от горя. В ее словах звучала лишь ярость и желание мести, когда она обвинила Сирину во всем случившемся. Если бы он не женился на ней, то не остался бы в армии и никогда не отправился бы в Корею. Дрожащим от ярости голосом она излила на нее свое горе, ей хотелось уничтожить несчастную девушку, и она напомнила ей о подписанном контракте.

– И не думай, что получишь от меня хотя бы грош для себя и для своего ребенка. Надеюсь, вы обе окажетесь в аду за то, что ты сделала с Брэдом.

Маргарет бросила трубку, и Сирина безутешно проплакала два часа подряд. Именно тогда в Тэдди проснулась ненависть к матери, которую, как он знал, питал к ней и Брэд. Единственное, что ему хотелось, – это защитить Сирину, но он ничего не мог поделать. Брэда не стало. Он не оставил завещания, но даже если бы он его и оставил, то это было бы слабым утешением для Сирины. Ей хотелось вернуть мужа. Ей не нужны были его деньги.

Маргарет Фуллертон приехала из Нью-Йорка в сопровождении Пэтти и Грега. Отец Брэда по-прежнему лежал больной и приехать не смог. По совету врача ему даже не сообщили этой страшной новости.

Тэдди встретил всех троих в аэропорту. Мать выглядела напряженной и суровой. Грег, казалось, отсутствовал, а Пэтти нервно болтала всю дорогу из аэропорта. Единственное, что сказала мать, когда они въезжали в город:

– Я не хочу видеть эту женщину.

Тэдди почувствовал, как внутри у него все сжалось.

– Но тебе придется. Она и так пережила слишком много, и тебе незачем причинять ей новые страдания.

– Она убила моего сына. – При этих словах в глазах Маргарет вспыхнула ненависть.

– Твой сын был убит в Корее во время служебной командировки, а Сирина только что потеряла ребенка.

– Это к лучшему. Она не смогла бы его содержать.

– Мне становится противно от твоих слов, – заявил Тэдди.

– Ты сделаешь правильно, если будешь держаться от нее подальше, Тэдди, если не хочешь поссориться со мной.

– Нет, этого я не сделаю.

Больше ничего не было сказано. Он оставил их в гостинице и вернулся обратно к Сирине.

На следующий день Маргарет стояла рядом с Пэтти и Грегом, а Тэдди между Сириной и Ванессой. Ванесса, казалось, совершенно не понимала, что происходит, а ее мать не отпускала руки Тэдди на протяжении всей церемонии. По окончании ей вручили сложенный государственный флаг. Сирина повернулась, медленно подошла к Маргарет и дрожащими руками протянула флаг матери Брэда. Возникло минутное колебание, когда глаза их встретились и задержались, затем Маргарет взяла флаг, не сказав ни слова благодарности. Она передала его Грегу, потом повернулась и пошла прочь, лицо ее скрывала черная вуаль. Сирина молча смотрела ей вслед.

После похорон Тэдди повез Сирину и Ванессу домой. В машине он посмотрел на жену брата и спросил:

– Зачем ты это сделала? – Сирина понимала, что он имел в виду флаг. – Не нужно было этого делать.

– Она его мать.

Глаза ее наполнились слезами. Встретившись с его взглядом, она внезапно опустила голову ему на плечо и зарыдала.

– О Господи, что же я буду без него делать?

Тэдди остановил машину и крепко обнял ее за плечи. Ванесса молча смотрела на них.

– Сирина?

Тедди осторожно подошел к ней сзади. Она сидела в саду, погруженном в густой туман, прислушиваясь к звукам противотуманных ревунов, доносившихся с залива. За прошедшие недели Сирина стала похожа на призрак. На нее было больно смотреть, она медленно угасала.

– Да?

– Ты должна прийти в себя, Сирина. Просто обязана.

– Зачем? – отрешенно проговорила она.

– Ради меня, ради себя, ради Ванессы… – Его глаза наполнились слезами. – Ради Брэда.

– Почему?

– Да потому, что ты должна, черт тебя подери! – Ему хотелось встряхнуть ее. – Если ты от всего отстранишься, что тогда станет с девочкой?

– Ты о ней позаботишься, верно? – Сирина пребывала в глубоком безразличии.

Он кивнул со вздохом:

– Конечно. Но дело вовсе не в том. Ей нужна ты.

– А ты? – Глаза ее изучающе всматривались в Тэдди. – Если я умру, ты станешь заботиться о ней?

– Ты не умрешь.

– Мне хочется.

Он взял ее за плечи и слегка встряхнул.