– Это будет интересная роль. Думаю мне даже не придется особенно сильно меняться. Хотя, конечно, местами в поведении девушки прослеживаются замашки Сецуки Хилл.

– Например?
– Надо сказать, что сам Рен в сценарии такого не заметил.

– Она довольно грубо отшила ухажера в сцене третьей. А ещё мне придется понервничать в десятой сцене, когда главная героиня будет кричать на главного героя.

– В такие моменты не вживайся сильно в роль, хорошо?
– С нежностью попросил жену Куон.

– Это было бы непрофессионально с моей стороны. Ты же сам говорил, что нужно серьезно относится к своей работе.

– Кёко, это опасно в твоем нынешнем состоянии. И для тебя, и для...
– Мужчина не закончил, подозрительно косясь на водителя, прислушивающегося к разговору.

– Ох, вот я дурочка! Совсем не подумала об этом.
– Девушка досадливо закусила губу.

– Не ругай себя.
– С мягкой улыбкой произнес Куон, касаясь губами макушки жены.
– Все будет хорошо. Я верю в тебя. Ты справишься.

– Спасибо, семпай.
– Взгляд, который Кёко послала мужчине был полон нежности.

– Всегда пожалуйста.

***

– Я так рад, что вы согласились мне помочь!
– Восторгался режиссер.
– Я просто счастлив! Только с вами эта история получится полноценной!

Кёко, кажется, разделяла восторг Огато, полным восхищения взглядом провожая ещё строящиеся декорации и актеров, готовящихся к съемкам. А Рен думал, что раз его любимая счастлива, то он не имеет права отнимать у неё это.

Когда новоявленная Хизури убежала готовиться к съемкам, Куон отозвал режиссера в сторону.

– Огато-сан, прошу вас не давать Кёко поводов для расстройства. И вообще это, конечно, было неразумно с моей стороны соглашаться на съемки сейчас, но раз уж так получилось, то я надеюсь, что мы снимем все до того, как всем станет заметно, что моя супруга в положении.

Глаза режиссера удивленно распахнулись, а потом на его лице появилось умиротворенное выражение.

– Поздравляю.
– С улыбкой произнес режиссер.
– Желаю, чтобы малыш родился здоровым.

– Спасибо.
– Уголки губ актера невольно поползли вверх.

***

– Семпай, подождите!
– Произнося эти слова, девушка в школьном коридоре, стоящая под прицелом камер, выглядела особенно беззащитно и отчаянно.

– Вы что-то хотели?
– Полуобернулся Рен, с трудом сохраняя безразличное выражение лица. Черт возьми! Как этот главный герой может быть таким безразличным, когда хочется просто подойти и обнять её?!

– Д-да. Я... я хотела попросить прощения.
– Опустила голову девушка. Сердце мужчины ёкнуло и он еле сдержал свой порыв крепко обнять жену, чмокнуть её в макушку, сказать, что все будет хорошо.

– За что же?
– Сжимая руки в кулаки вопросил актер.

– Я не хотела говорить вам все это... Я сожалею. Я сказала это потому, что ревновала... Семпай, я... я вас...я вас лю... Черт! Не могу я!
– В очередной раз сорвалась Кёко. Она подняла глаза полные слез на мужа.

– Тс-с-с.
– Куон прижал девушку к себе, гладя её по голове и беспрестанно повторяя, что все хорошо, что не надо расстраиваться.

Прошло уже две недели с момента начала съемок, но эта сцена ни в какую не давалась девушке. Кёко считала, что слова "я люблю тебя" - слишком личные, чтобы произносить их на публике.

– Кёко-чан, давай подойдем к этому с другой стороны. Представь, что ты поссорилась с Ре... с Куоном.
– Начал Огато.

– Мы с ним никогда не ссоримся.
– Пробурчала девушка, пряча лицо на груди супруга.

– Просто представь. Ты с ним поссорилась и он собрался уйти из дома...

– Я ему уйду! Я ему так уйду!
– Зарычала девушка, отстраняясь от мужа. Вокруг неё начала сгущаться темная аура.

– Эм...
– Огато только сейчас понял насколько это была плохая идея.

– Кёко соберись!
– Неожиданно рявкнул Рен.
– Ты актриса или кто?!

Все присутствующие актеры зажмурились ожидая всплеска агрессии со стороны Кёко. Дело в том, что с беременностью девушка стала довольно вспыльчивой и обидчивой.

– Хорошо, семпай.
– Кивнула Кёко.
– Прошу прощения за свое недостойное поведение. Давайте продолжим съемки.

– Кёко, если ты хочешь отдохнуть...
– Начал было Огато-сан.

– Как я могу отдыхать если Рен-сан выкладывается на все сто процентов.