Моим огром!

Он оказался огромнее, чем я предполагал – и правда, метра два с половиной росту, а то и все три. Чуть ли не столько же – в ширину. Толстенные, как колонны, ручищи с внешней стороны будто бы покрыты серой коркой засохшей грязи – каменная чешуя, прочная, как у варана, что я только что убил. На пузе – примотанный цепями круглый железный щит. Головы и правда две. Одна – на обычном месте, вторая, поменьше, растет с правой стороны шеи.

И – да, этот огр умел разговаривать.

– Дракен бить! – гулким, как из бочки, басом прогудела левая голова, сопровождая возглас взмахом огромного каменного топора. Воины дружно отпрыгнули назад, уворачиваясь от удара.

– Размажь, размажь этих гребаных недомерков! – верещала правая голова противнейшим голосом, от которого, кажется, даже зубы начинали ныть. – Вдарь им, вдарь им! Выбей из них все дерьмо!

Мне хватило нескольких секунд, чтобы оценить ситуацию.

Огр держится храбро, но он обречен. Его прижали к стенке и уже основательно изранили. Ребята подобрались серьёзные. Два мощных воина с неплохой экипировкой. Один – со щитом и молотом, второй – с двуручным топором. Неплохо сыграны между собой. Взяли бедолагу в клещи и, пока он отвлекается на одного, второй жалит его с другого боку. Маг, судя по всем, тоже не первый месяц в игре – даёт жару. Точнее, холоду.

Маг – высокий, беловолосый, в богатой золотисто-белой мантии – сделал витиеватый пасс руками и запустил в Дракенбольта ледяной шар размером с футбольный мяч. Он ударился огру прямо в пузо, разбившись вдребезги о железный щит.

– Дракен больно! – пожаловалась левая голова.

– Я тебе следующую твою ледышку в жопу засуну, белобрысый! – злобно огрызнулась правая, бешено вращая глазами. – Отвалите от меня, вонючие засранцы! Не злите Дракенбольта!

Огр замахал дубиной, пытаясь отогнать от себя наседающую троицу. Ему удалось только вскользь задеть одного из воинов, но тот успел блокировать удар. Огромный ростовой щит загудел, как колокол.

– О, боже! – раздалось у меня за спиной.

Ника, наконец, догнала меня. Её и без того большие глаза расширились еще больше, когда она увидела развернувшуюся битву.

Которая уже, похоже, вот-вот перейдет в заключительную стадию. Откуда только взялась эта троица!

– Ника! – закричал черноволосый парень из-под бревна. – Ты жива! Классно! Сейчас ребята добьют огра и освободят нас! Мы по мировому чату позвали подмогу, и наконец-то кто-то откликнулся!

Я, стиснув зубы, наблюдал за схваткой. Мне нет смысла вмешиваться – бой начался давно, и даже если я сейчас добью огра – мне не засчитают победу.

Пять тысяч золотых. Головы этого огра стоят больше, чем я заработал в игре за последние полгода. И всё псу под хвост! Эти громилы сейчас просто его прикончат, даже не подозревая, что выбросят на ветер целую гору золота.

Я никогда не рискую. Мне просто нельзя рисковать. Но в этот раз придется сделать исключение. Не потому, что я так жаден. Просто мне нужно это золото. Больше, чем кому бы то ни было в этом мирке.

Я еще даже не вытащил меч, а в висках уже застучало, и крики Дракенбольта резко замедлились, будто он вдруг опьянел и едва выговаривал слова.

Я готов к битве.

Бросаюсь вперед – изо всех сил, чувствуя, как немеют от напряжения мышцы. Воздух вокруг будто сгустился, и я проталкиваюсь сквозь него, как сквозь прозрачный студень. Резким, отработанным тысячу раз движением выхватываю из ножен скимитар. Прыжок, еще один. Клинок входит магу в спину, ровно между лопатками. От удара он выгибается дугой, вытаращив глаза на вылезшее из груди острие.

Дергаю меч на себя и с разворота налетаю на воина с топором. Тот тоже еще не успел оглянуться – его внимание занято огром. Я тараню его плечом, сбивая с ног.

Щитоносец разворачивается в мою сторону. Я замечаю в прорези его шлема вытаращенные от удивления глаза. Он замахивается на меня молотом.

Мощный удар каменного топора отбрасывает щитоносца к стене.

– Таак тееебе, засрааанец! – в слегка замедленном темпе злорадно верещит правая голова огра.

Левая взирает на меня в полнейшем замешательстве.

– Беги, дурак! – в сердцах ору я.

Воин с топором уже поднимается на ноги. Щитоносец тоже вот-вот оклемается.

Дракенбольт, на секунду замешкавшись, бросился к выходу – смешно, вразвалку, волоча за собой топор, как собачонку на веревочке. Ника, взвизгнув, порхнула в сторону с его пути. Огр втиснулся в расселину, пробираясь к выходу. Я поспешил за ним.

Сзади налетела волна обжигающего холода. Я бросился навзничь, и заклинание, лишь вскользь задев меня, пролетело дальше. Ухнуло в стену, образовав огромное пятно белого инея.

Я оглянулся. Ледяной маг с перекошенным от злости лицом и с огромным кровавым пятном на белоснежной мантии что-то кричит. Его руки с растопыренными, как орлиные когти, пальцами, направлены в сторону выхода.

Вот ведь живучая сволочь!

Маг завершил заклинание, и с его пальцев сорвался ослепительно-белый ледяной поток. Я перекатился в сторону, уворачиваясь от удара, но потом понял, что целился он не в меня, а в сторону выхода. Расщелину, ведущую наружу, затянуло голубоватым прозрачным льдом.