Марк и Иван были от разных отцов. Своего отца Марк никогда не видел, как и его отец не видел самого Марка. Мальчик помнил лишь отца Ивана, своего отчима. Тот был неплохим человеком, но мама в итоге разошлась и с ним: виной всему стал алкоголь и семейные ссоры на его основе, вплоть до драк. Уже тогда Марк зарекся прикасаться к этой жидкости, обладающей способностью превращать человека в странное существо, которое лишь отталкивало от себя. Иван все это помнил плохо, поэтому на него эти вещи никак не повлияли. В итоге братья стали совершенно разными: непохожие внешности, характер и впоследствии достижения в учебе. Иван, младше брата на три года, был более легок на подъем. Он все время участвовал в каких-либо вылазках с друзьями, и, как водится в таких случаях, в итоге рано начал пробовать курить и выпивать. Марк же, напротив, был достаточно тихим, пугливым и вообще отличался большим домоседством, но при этом обладал большой любознательностью, и уже с раннего возраста начал проявлять любовь к книгам.

* * *

Молодой человек стоял посреди улицы весь в каплях дождя, и резко встряхнул головой, привнося таким образом ясность в сознание. Еще окутанное воспоминаниями прошлого, свалившегося на него так внезапно, оно не являлось сейчас чем-то странным в его ситуации человека потерянного. Марк засунул руки в карманы глубже, поёжился, так как начал чувствовать, что тело его подмёрзло за прогулку этим промозглым холодным вечером, и ускорил шаг. Становилось зябко.

Дойдя до перекрестка, он, как завороженный, остановился и уткнулся взглядом в красный сигнал светофора и обратный отсчет на табло ниже. В плотном мареве осеннего вечера, когда темнело уже достаточно рано, огни светофора горели особенно ярко, вгрызаясь в глазные яблоки так, что казалось этот свет доставал до самого мозга, раздражая его и провоцируя головную боль, заставляя невольно и недовольно щуриться. Когда Марк увидел на табло последние десять секунд отсчета, он осознал, что стоит на перекрестке с улицей, на которой живет его друг детства Николай.

* * *

Его детство с другом прошло в одной деревне, находящейся относительно недалеко от города, где они оба жили на данный момент. Марк вспомнил, как семья Николая переехала к ним в деревню — им обоим тогда было по девять лет — и как мальчики поначалу невзлюбили друг друга. Николай сразу же примкнул к компании местных деревенских задир, которые при любом удобном случае пытались сделать Марку гадость или натравить на него новенького, затеяв потасовку, которая, как они всегда надеялись, могла бы перерасти в драку. Это продолжалось недолго, и в какой-то момент, Марк уже и не помнил в какой именно, мальчики разговорились и сдружились. Все же Николай был из другого теста, и долго он бы с той компанией все равно не продержался: этому еще и посодействовало его достаточно ранее увлечение религией.

Мама Николая на тот момент была одинока, и постепенно сошлась с местным очень набожным человеком, который сильно изменил жизнь их семьи, и Николая в целом. Он стал постоянно посещать местную церковь, и многое в его быте также изменилось. Но больше всего изменилось его сознание и восприятие мира, Марк в итоге отмечал эти изменения как в большей степени положительные. Сам же он с помощью Николая и его отчима также начал постепенно втягиваться в религию, и даже пел некоторое время с ними в церковном хоре, но затем постепенно отделился, все-таки посчитав, что это не его путь. На их дружеские отношения это никак не повлияло, и все оставалось по-прежнему: они вместе играли, ходили друг к другу в гости и придумывали разные интересные способы проведения своего досуга, свободного от уроков и посещения церкви. Когда же, наконец, оба окончили школу, пришло время выбора дальнейшего пути, и Николай сразу же нацелился на поступление в духовную семинарию в городе рядом с их деревней.

* * *

Сейчас после стольких лет Николай был уже священнослужителем одной из местных городских церквей, мужем и отцом двоих детей, и все также они с Марком поддерживали дружеские отношения все эти годы.

Марк стоял на перекрестке, прокручивая воспоминания в своей голове, и подумал о том, что они уже давно не виделись с другом, и что этот вечер возможно, как нельзя кстати, подходит для их встречи. Возможно тот факт, что он бездумно пришел к этой улице, находящейся на достаточном удалении от места проживания самого Марка, является знаком. Парень верил в знаки, которые расставлены на пути жизни каждого человека, и в тот факт, что в мире есть некий баланс сил и энергий. Это все странным образом уживалось в нем с его любовью к науке и научному подходу в познании Вселенной. К этому возрасту у него были неоднозначные отношения с религией, Богом и с верой в него, что приводило к различным дискуссиям и спорам с Николаем, но всегда мирным и дружеским.

Ранее, когда Николай только ступил на стезю религии и веры, он был более фанатичен и не терпел каких-либо расхождений со словом Церкви, что в принципе, как вспоминал Марк, было обусловлено лишь его неопытностью и юношеским максимализмом. Сейчас же его друг, священнослужитель с уже богатым жизненным багажом за спиной, в их дискуссиях был намного более лоялен и благоразумен, давно уже осознавая, что ничто человеческое не чуждо даже служителям Церкви, не говоря уже об обычных мирянах. В любом случае в их разговорах всегда царили теплота и уважение друг к другу, к взглядам друг друга, будь то взгляды религиозные, политические или любые другие, поэтому Марка сейчас так потянуло навестить друга. Парень нуждался в этом разговоре прямо сейчас, находясь на краю душевной пропасти и тревоги. Это был порыв, который, как магнитом, потянул его в сторону дома Николая, и Марк мимолетно ощутил ощущение покоя в груди.

Табло отсчета светофора уже пошло на второй круг, когда юноша понял, что дорогу он переходить уже не станет, и, повернув направо, пошел вдоль улицы, на которой жил его давний друг детства, надеясь хоть немного унять медведя, ревущего в своей груди. Медведь этот ревел уже достаточно давно, изматывая Марка, и ни что не могло успокоить его: это был медведь тревоги, страха и неопределенности, от которого не сбежит ни один человек, ибо от себя сбежать невозможно, как бы банально это не звучало. Парень улыбнулся этой мысли отчаянной и вымученной улыбкой человека подавленного и уставшего.