— Да, мне тоже этого не хотелось бы. Ну, а что мы, по-твоему, тогда должны сделать? Нет уж, у меня на родине ходит одно шутливое высказывание, но, как известно, в каждой шутке есть доля шутки. Звучит оно как «Послушай женщину и сделай все наоборот».

— Очень смешно, — проговорила Тиора.

— Как бы то ни было, я собираюсь ОСТОРОЖНО влезть по этим стенам и посмотреть, где мы находимся, и куда нам двигаться дальше, — юноша акцентировал ее внимание на слове «осторожно».

Тиора поняла, что утратила свою, как ей изначально казалось, крепкую женскую позицию, и ее глаза наполнились слезами, а лицо побледнело от страха.

— Марк, пожалуйста, не надо, я тебя прошу, — взмолилась она. — Ты сам сказал, что стены меняются, значит, мы к чему-то приближаемся, возможно, даже к выходу, — девочка цеплялась за последний аргумент, который только могла придумать.

— Нет, это ни о чем ровным счетом не говорит, дорогая моя, — твердо ответил Марк, затем смягчился, подошел к ней ближе и начал вытирать ей слезы. — Ну, Тиора, все будет хорошо, я обещаю, я неплохо лазаю, и по деревьям и по стенам, не переживай. Обещаю, что буду предельно осторожен, а под твоим чутким внимательным руководством мне вообще ничего не страшно, и я спокойно залезу, а потом также спокойно спущусь вниз, иначе мы, как ты сказала, точно состаримся, блуждая в этом лабиринте. Перспектива состариться с тобой вдвоем мне очень даже нравится, но не при таких обстоятельствах.

Тиора подняла на Марка свои красивые, полные слез глаза и вся просияла.

— Я же сказал, что буду тебя слушаться, и я слушался, и буду слушаться тебя в дальнейшем, но сейчас не совсем обычные обстоятельства. Сейчас мы вынуждены пойти на такой шаг, — добавил парень, гладя ее по головке.

— Хорошо, — утирая слезы, сказала девочка. — Только, пожалуйста, очень осторожно, а то я боюсь.

Ее рот исказила гримаса плача, но Тиора тут же взяла себя в руки и постаралась улыбнуться парню.

— Вот и хорошо, — Марк поцеловал ее в лоб, отошел на несколько метров и стал примеряться к стенам, ставя на них ноги и пробуя, как держится стопа.

Юноша уперся обеими ногами и руками в стены и сделал пару шагов вверх. Остановился в полуметре над землей, привыкая к такому положению, затем посмотрел на Тиору, убрал руки, упираясь лишь ногами, и помахал ей. Девочка засмеялась, но потом, посерьезнев, сказала:

— На высоте только так не смей делать.

— Не буду, моя хорошая.

Марк спрыгнул на землю, сделал быструю пробежку на месте, высоко поднимая колени, размял и встряхнул кисти рук, затем встал ровно, разминая шею, глубоко вдохнул и выдохнул и начал подъем.

Первые три метра парню дались достаточно легко. Он уверенно переставлял ноги и руки, крепко упираясь в стены, но когда начал двигаться дальше, ощущение и страх высоты давали о себе знать. Движения стали более неуверенными, и Марк по несколько раз проверял, насколько стабильно держалась нога на шершавой поверхности стены, прежде чем карабкаться дальше. Когда юноша прошел большую часть пути, он остановился, переводя дух и глядя вниз. Становилось страшновато.

— Марк, все в порядке? — донесся голос Тиоры снизу.

— Да, просто отдыхаю, не переживай, все под контролем, — успокоил ее парень.

— Не спеши, я переживаю.

— Я уже почти на месте. Глазом не успеешь моргнуть, как я уже буду опять внизу рядом с тобой, целый и невредимый.

Марк сделал еще несколько шагов по стене. До верха оставалось всего ничего, но и высота уже была пугающей, и, стоя над разверстой пастью прохода, юноша старался как можно меньше смотреть вниз. Руки его похолодели и как будто одеревенели от тревоги, ноги пока были в его власти, но, казалось, что скоро также начнут сдавать позиции. Надо было скорее заканчивать подъем.

— Ты не устал? — с тревогой крикнула Тиора.

— Нет, все нормально, почти на месте. Быстренько осмотрюсь и буду спускаться.

Юноша сделал еще пару шагов и уцепился руками за края стен, еще немного и он уже возвышался над их уровнем примерно по пояс, упираясь ногами и держась руками за их верх. Взбираться на стены он не стал, так как потом было бы опаснее ставить ноги обратно для спуска. Лучше уж висеть над проемом в том же положении. Ноги держали его уверенно.

— Марк, я тут подумала: когда мы входили в лабиринт, стены были широкими. Может мне тоже взобраться наверх, да и пошли бы по стенам спокойно, куда нам надо, — крикнула девочка.

— Нет, Тиора, опасно, даже если бы стены сверху были ровные, а тут они, оказывается, вообще скруглены, так что исключено в любом случае, — ответил парень, оглядываясь вокруг.

— Это плохо, — сказала она и добавила. — Ну, что там видно, не томи уже?

Юноша понял, что взбирался он сюда зря. Вокруг не было видно ни зги. Он вращал головой в разные стороны, максимально изгибаясь спиной и внимательно вглядываясь вдаль. На всей площади вокруг перед его взглядом простирался огромным полем каменный лабиринт. Его извилины петляли самым причудливым образом, но совершенно было неясно, где может находиться выход. Видимость была приличная, но дальше все уходило в туман, даже не было видно места, откуда они пришли. Наверху было пустынно, безветренно и тихо.