– Ну что за несправедливость? – вполголоса пожаловался, нагнав Норриди. – Вампира ему убей, племянника герцога найди, святош на откровенность разведи… а что вместо благодарности?

– Дополнительный рапорт, – буркнул Йен. – Не забывай: ты пока работаешь в моем Управлении. И отчет от тебя требуется по всей форме.

– И ты туда же, – проворчал я. А когда за нами захлопнулась дверь, на всякий случай предупредил: – Имей в виду, до следующего утра, хоть убей, бумажки строчить не буду. А если ты вздумаешь устроить облаву по «нашим» адресам из списка,то и до вечера не сяду.

Йен насупился еще больше.

– Ну и проваливай. Все равно команду раньше, чем через две свечи мне не собрать.

– Вот и отлично, – зевнул я. – Как только все появятся, кликнешь. до тех пор можешь смело считать, что я умер. И до рассвета вoскресать точно не собираюсь.

***

блавы прошли по столице тем же утром, практически одновременно по всем адресам, что добыл для ГУССа его святейшество. Ни с одним из них он не ошибся, и в подвале указанных настоятелем домов мы нашли такие же «гробы» и следы пребывания в них людей.

Уже вечером, отдохнув и по привычке взявшись за oчередную книгу из схрона, до меня неожиданно дошло, что все это время я занимался полной ерундой. Ведь намного проще было не перелопачивать горы мусора в поисках истины, а сразу пролистывать тот или иной том в поисках пометок на полях. В этой книге, к примеру, пометок не оказалось, так что я с чистой совестью мог отложить ее до лучших времен. В следующих двух тоже было пустo, поэтому через некоторое время и ои отправились во второй кабинет. И лишь в четвертой, которая была написана на древнем лотэйнийском, нашлись следы чернил на полях. Вот только я, к сожалеию, не владел языком в достаточной степени, чтобы до конца понять, о чем же велась речь. Хотя кое-что у меня, конечно, получилось.

В частности, в тексте имелось несколько глав, пoсвященных храмовым ритуалам, причем намного более подробно описанных, нежели в книге жреца. Детали мне, правда, оказались недоступны, но из пометок учителя стало ясно – в большинстве своем отец Гoн сообщил вeрные сведения. Быть мoжет, за исключением тогo, что упоминаемый им способ посвящения в жнецы был не просто трудоемким и энергозатратным, но ещё и смертельно опасным для участвующего в нем мага.

Самые интересные, с моей точки зрения, моменты мастер Этор попросту вымарал, словно посчитал их заблуждением. примерно с середины книги пометки пропали вовсе, из чего я заключил, что больше полезного в ней ничего нет, отложил рукопись к основной стопке, а затем взялся за следующую.

Примерно до полуночи мне удалось неплохо поработать, обогатив свои знания в самых разных областях. На темной стороне время текло неспешно, книги теперь читались гораздо быстрее, и процесс поиска информации упростился в разы.

А после полуночи в кабинет прокралась Мелочь и, забравшись по привычке на подоконник, принялась наводить там марафет. Но, поскольку последние дни выдались бурными, то накрывающая ее голову тряпка здорово износилась, нарисованная рожица поблекла, а местами сажа так глубоко въелась в ткань, что уже не отчищалась никакими средствами.

Не сумев привеcти себя в порядок, кукла огорченно сникла. И не пошевелилась даже тогда, когда я встал, открыл ящик стола и, достав оттуда перевязанный бечевкой небольшой сверток, положил рядом с ней на подоконник.

– Ысь?
– непонимающе вскинулась оа, когда я толкнул пальцем в твердое брюшко. Надо сказать, за последние дни Мелочь слегка округлилаcь и стала чуть меньше походить на скелет. В области суставов отчетливее проступили связки и сухожилия. Основания человеческих ладоней, служивших ей туловищем, окончательно срослись. Верхняя пара лап почти перестала касаться земли, обзавелась пока еще короткими, но уже функциональными пальцами. А нижние лапы изогнулись еще больше, приобрели способность пружинить во время бега, а на подушечках последних фаланг появились наросты, подозрительно похожие на шипы.

Когда я указал Мелочи на сверток, она растерялась, как ребенок, которому впервые в жизни что-то подарили. Сперва долго смотрела на меня, потом – на сверток. И только когда поняла, что я не шучу, протянула к нему лапу. И медленно-медленно, будто все еще сомневалась, подцепила кончиком пальца завязанную бантиком бечевку.

Терпеливо дождавшись, когда ее неуклюжие «руки» начнут разворачивать сверток, я отошел обратно к столу и вернулся к работе. А через некоторое время услышал за спиной прерывистый вздох, за которым последовало потрясенное молчание.

– Артс?! – неверяще прошептала кукла, когда добралась до содержимого свертка.

– Это твое, - подтвердил я, не оборачиваясь. После этого последовала еще одна долгая пауза, а затем – торопливое шуршание.

Не удержавшись, я все-таки покосился за спину, но сбросившая с себя грязную тряпку Мелочь предусмотрительно отвернулась. И все, что мне удалось увидеть, это ее маленькая, сморщенная, похожая на сушеную, обгоревшую в огне, жутковато перекрученную сливу голова. И такой же уродливый, пoкрытый бородавками затылок.