— И что дальше, — мрачно спросил Малфой, — огненный дождь?

Они застыли у окна и с нехорошим предчувствием следили за происходящим. Однако их опасения были напрасны. Град продлился так же недолго, как и его предшественники. Через несколько минут тучи стремительно разошлись, являя ясное небо, покрытое редкими перистыми облаками.

Гермиона и Драко, немного погодя, вышли на улицу, вглядываясь в небесную синеву. Под ногами хрустели уже начавшие постепенно таять ледышки, и это было единственное, что напоминало о диких погодных скачках, что имели место быть совсем недавно. Ни температура, ни влажность не выходили за рамки и были абсолютно нормальны для этого времени года.

— Ничего не понимаю, — покачала головой Гермиона — что это было?

Малфой только молча пожал плечами, зарываясь носком ботинок в слой подтаявших ледяных осколков.

— Может, это как-то связано с проклятием? — предположила она.

— По-твоему им можно любую херню оправдать? — скептично отозвался Драко.

— Других объяснений все равно нет. Сильные чары вполне могут влиять на окружающую среду.

— А может, мы просто спим, Грейнджер? Оба или кто-то один. И сон разваливается, намекая, что пора просыпаться, — тихо сказал Малфой, запрокинув голову и щурясь от солнца.

— Или мы — герои фильма. Хотя это почти одно и тоже, по сути, — задумчиво сказала Гермиона. — А ты бы хотел проснуться?

— А ты нет? — он прикрыл глаза, подставляя лицо мягкому солнечному теплу. Благо, в это время дня внутренний дворик был залит светом солнца.

— Даже если проснувшись, ты все забудешь?

— Ты напрашиваешься на фразу из какого-нибудь тошнотворного любовного романа? — усмехнулся Малфой.

— Я тебя не забуду, — сказала Гермиона, и почувствовала себя полнейшей дурой — у нее увлажнились глаза.

Малфой очень натуралистично изобразил приступ тошноты.

— Дурак, — она стукнула его по плечу, выдавив что-то наподобие слабой улыбки.

— Определенно, нужно убавить градус пафоса, Грейнджер.

Драко, исхитрившись, ущипнул Гермиону за бок, вызвав возглас протеста и еще один тычок в плечо.

— Взбодрись, — он сопроводил слова ленивой ухмылкой, — если мы ничего не придумаем, я все еще Малфой, а значит, быстро бегаю. Поттер получит меня, только если я сам к нему приду.

— Через неделю мою палочку идентифицируют, и вряд ли я смогу тебе чем-то помочь, — нахмурившись, поделилась Гермиона.

— Тогда не будем терять время, — сказал Драко, расправив плечи и стряхивая с них легкими движениями пальцев невидимые пылинки.

— Позер, — тихо шепнула Гермиона и рассмеялась, когда Малфой одарил ее в высшей степени возмущенным и негодующим взглядом.

*

Гермиона плохо и мало спала. Третью ночь она долго ворочалась в поисках удобного положения и с трудом засыпала. А сейчас сон не шел совсем. На часах было уже давно заполночь, и сил оставаться в кровати, которая теперь казалась душной и неудобной, не было. Хотелось свежего воздуха.

Луна в эту ночь вытворяла что-то сумасшедшее. Иногда она казалась маленькой, иногда — большой. Зависело от ее фазы, плотности воздуха, положении наблюдателя относительно горизонта. Может, еще от чего-то еще, чего Гермиона не помнила. Но то, что творилось на ночном небе сейчас — вряд ли вообще какие-то фазы и факторы могли объяснить.

Грейнджер стояла с чуть приоткрытым от от удивления ртом, запрокинув голову и глядя в небо. Сколько хватало глаз, все было — луна. Огромная, гигантская луна вместо темного ночного неба противоречила всем законам астрономии, физики. Здравому смыслу, в конце концов. Как будто кто-то, заарканив ее гигантским лассо, притянул аккурат к их дому. Кусочек неба виднелся только где-то с краю стены, если изо всех сил вытянуть шею и перегнуться через перила, заглядывая за угол. Похоже это было и на фантастическую картину, и на картинку, что умело растянули в графическом редакторе, сохранив качество рисунка.

— Кто-то поломал реальность, — протянул Малфой.

Гермиона вздрогнула от неожиданности, оборачиваясь на голос.

— Что ты тут делаешь?

— Не спится. Подумал, может, тебе тоже, — он оперся на перила балкона, глядя в небо.

В отличие от Гермионы, которая стояла на свежем ночном воздухе в одной пижаме, на плечи Драко была накинута мантия. Он бросил взгляд на ее все в мурашках руки и плечи, на то, как она пытается согреть теплым дыханием ладони и пальцы, и взмахом палочки набросил на Гермиону согревающие чары.

— Сумасшествие, да? — Грейнджер облокотилась на перила рядом с ним. — Творится черт-те что.

— Эта реальность нас выгоняет, — зевнул Драко, — пора уходить в другую.

— А что там?

— Не знаю. Может, ты будешь там бобром? — весело спросил Малфой. — Опыт у тебя уже есть.

Он приложил ко рту два пальца, имитируя длинные передние зубы.

— Какая глубокая мысль, Малфой, да ты просто философ, — Гермиона утрированно покачала головой и всплеснула руками.

Драко улыбнулся, оставшись крайне довольным своей шуткой.