Сыщик Ник Кенворти, выпалив эту речь единым духом, вынул автоматический револьвер, положил его рядом о собой на стол и махнул рукой. В комнату вошел добросовестный немецкий шуцман.

–  Обыщите эту берлогу, - процедил Кенворти, сквозь зубы, - да выстукивайте получше, тут могут быть тайники.

Рока шуцман, засветив электрический фонарь, под ироническим взглядом Сорроу выстукивал и вынюхивал каждый квадратный сантиметр пустой комнаты, Кенворти развалился на скамье и не спускал глаз с бледного личика мисс Пэгги.

–  Д-да!
– произнес он торжествующе.
– Такая опытная ищейка, как Ник Кенворти, не даст обвести себя вокруг пальца. Что говорит логика, мисс Смит? Логика говорит по телеграфу и по радио знаменитому сыщику Кенворти: Дикарь сбежал из тюрьмы».
– «Ладно, - спокойно отвечает сыщик, - если Обежал тот, кого мы поручили судье, значит виноват судья». Но логика продолжает развиваться: «Ник, - говорит она, - судья-то ведь тоже сбежал и, вдобавок, вместе с дочерью!» - «Ого, - отвечает сыщик, - значите надо, ловить судью!» Следите за моими словами: надо ловить судью! Поймав судью, можно поймать и его дочку, а поймав дочку - натурально заполучишь и дикаря. Вот каким способом, мисс Смит, я выследил вас и вашего папашу до самого этого притона. Не беспокойтесь! Вокруг поставлена засада. Молодчик наверняка подъедет на огонек. На этот раз он будет в хороших руках, мисс, не сомневайтесь!

«Бедная мисс Пэгги вздрогнула и посмотрела на техника Сорроу. Но, к се удивлению, старичина Сорроу не проявил ни малейшего огорчения. Наоборот, он подмигнул ей самым веселым образом и пробормотал:

–  Ну, коли так, не миновать парню…

Запыхавшийся шуцман между тем не нашел ничего, кроме пыли, паутины и мышей. Половицы скрипели и шатались, стены осыпали штукатурку, но нигде не быль ни малейшего следа тайника.

–  Хорошо, - проговорил сыщик.
– Джентльмены, вы арестованы. Благоволите идти вслед за нами… Эге! Тише! Ни звука!

Последние слова относились к звонкому шуму шагов на безлюдной улице. Шаги приближаются, они на крыльце, они возле двери, кто-то схватился за скобу. Сыщик Кенворти застыл с дьявольским торжеством на лице. Мисс Пэгги смертельно побледнела и приложила руку к сердцу.
– Техник Сюрроу разразился каким-то странным кашлем, похожим на кваканье.

Дверь медленно приоткрылась. Боб Друк заглянул в комнату.

–  Боб, тебя должны арестовать!
– крикнул Сорроу пронзительным голосом.

–  Милый мистер Боб!
– страдальчески вырвалось у дочери судьи.

–  Ага!
– прорычал Ник Кенворти, срываясь с места.

Но, Доб Друк, одетый почему-то в костюм железнодорожного проводника, с лихой кепкой на макушке, молниеносно оглядел комнату, на секунду задержал зрачки на острых зрачках Сорроу, не обратил ровно никакого внимания на мисс Пэгги и вдруг, с самым решительным видом, протянул Нику Кенворти обе руки для стальных наручников..

Ну, - произнес доктор Блессинг рано утром, будя спящего на диване человека, - я очень рад, дорогой мистер Кавендроп, что могу сообщить вам приятную новость. Моя служанка достоверно узнала, что засада снята!. Вы можете спокойно вернуться домой и высмеять брата вашей невесты. Вы можете отрицать, что были у меня. Но рекомендую вам, дорогой сэр, следить за своим здоровьем и систематически обращаться ко мне!

–  О! Буду счастлив!
– пробормотал спящий джентльмен, сбрасывая с лица одеяло и обнаруживая веселую, круглую рожицу Боба Друка.
– Вы оказали мне столько услуг, что если б я даже сию минуту заболел и лечился у вас но гроб моей жизни, и то, сэр, я не отблагодарил бы вас достаточно.

–  Ш-ш!
– мягко шепнул доктор.
– Ни слова об этом. Одевайтесь, сэр.

Друк не заставил себя просить и через десять минут был готов. Но, когда он протянул своему спасителю руку, тот лукаво улыбнулся и указал ему на стул:

–  Еще минуточку, мистер Кавендроп. Может случиться, что враги вас все-таки затравят. Вывали случаи в моей практике, когда недоброжелатели со стороны невесты или жены прибегали к печатной огласке. В этом случае, сударь, вам поможет вот это свидетельство.

Тут доктор Блессинг написал что-то на бумаге и торжественно протянул ее своему пациенту:

–  Я осмотрел вас, сударь, и не нахожу в настоящую минуту ничего подозрительного… Эта бумага удостоверяет вашу полную и медицински подтверждаемую пригодность для брачного сожительства. Берите ее, и да сохранит вас судьба от ваших врагов!

Через полчаса Боб Друк, счастливо избежав всяких встреч с полисменами, прибыл, в омнибусе на пристань, а через два часа он уже катил в Гамбург. Но эта был не оборванный и загнанный Боб Друк, со штанами майора Кавендиша вокруг пояса. Он одет джентльменом, обзавелся парой рыжих бак, принял: вид симпатичного шотландского сквайра, а так как в Шотландии недолюбливают не только чужие брюки, но и свои собственные, -Боб Друк спрятал драгоценную peликвию Кавендиша в ручной чемодан. В Гамбурге он пересел с парохода, на поезд.