От кота пришло ощущение контакта с братом. Слабое ощущение, почти не воспринимаемое человеком. Но Румми был уверен, что послание дошло. И даже больше. Оно было получено почти сразу. Что очень удивило Майю. По крайней мере, очень слабое ощущение ответа было заполнено именно удивлением самим фактом его получения

Ещё какое-то время она сидела, справляясь с эмоциями и обдумывая произошедшее. Диалога не получилось. Ее ответный сигнал к Майе уже не прошёл. Очевидно, где то в Бездне снова перекрылся канал. Но это уже было неважно.

– Значит, ты можешь отправлять послания и по мере восстановления связи. Иллис ласково провела пальцем по носу кота.

Тот от удовольствия зажмурился.

В ответ на вопросительную эмоцию, от него пришло чувств недоумения.

"А что тут такого? Могу, конечно".

По-привычке отметив неясное беспокойство, Иллис ещё раз вызвала в памяти свое восприятие сообщения.

"Грусть и поддержка" - Это понятно от Майи.
– "Удивление".
– Это уже, видимо, вызвано фактом отложенного сообщения. Майя тоже видимо не подозревала о такой возможности. Все вроде понятно. Эмоции сестрички идут в фоне и забиваются не только Румми, но и Бариком. Откуда же ощущение недоумения и растерянности?

Ладно, посмотрим, что там у Барика. "Чувство логова и безопасности". СВОЕГО логова. Значит они с Майей во дворце. У обоих котов ощущение собственного логова ассоциируется только с личными покоями старших в Столичном дворце. Даже в Горном замке или здесь покои ими воспринимаются по-другому. Как временные, что ли. Но, не это же её заинтересовало так, что включились рефлексы правящей. Чувства безопасности и эмоция защиты тоже относится к логову. Ее Румми сейчас только эти эмоции и излучает. Ниахары вообще страшные собственники и защищают логово старшей всю ночь. Причем тут недоумение и чем именно оно вызвано?

"Стоп, ночь? Но в Арден сейчас только вечер наступает. Или нет?"

Иллис, не включая изображения, сделала вызов по браслету связи.

– Профессор Ларрел? Доброй ночи. Прошу прощения за поздний звонок.

– У меня пока ещё вечер, ваше высочество. Примите мои поздравления.

– Спасибо. Но у меня к вам есть один вопрос. Как сильно Великий Раскол влияет на суточный режим мира ,подвергшегося атаке?

– Обычный Раскол влияет сравнительно слабо. Его потенциала недостаточно для заметного воздействия на планету. Но вы упомянули Великий Раскол, а тут все сложнее. В исторических хрониках известны случаи, когда фиксировались нарушения периода оборота планеты, вплоть до заметного изменения продолжительности дня.

– Насколько сильными могут быть изменения?

– От нескольких минут до часов. Более трёх тысяч лет назад было зафиксировано даже смещение оси вращения планеты с соответствующим изменением климата. При этом период вращения планеты почти не изменился. Зато день поменялся с ночью. И ведь что интересно. В хрониках утверждается, что сами жители почти не обратили внимания на этот факт. В момент самой перестройки было не до того. Уж очень страшным был тот удар Великого Раскола. Смена дня и ночи на фоне глобального изменения поверхности планеты как-то не выглядит значительной проблемой. М-мда, не хотел бы я оказаться в то время и в мире Карэнвэл. Слава Единому, это был единственный случай такого масштаба. В другие Великие Расколы рельеф тоже менялся. Но не в таких масштабах. И воздействие на период вращения планеты ограничивалось десятками минут. Даже в мире Калмеков четыреста лет назад наибольшим изменениям подвергся рельеф на окраинах тектонических плит. Города на равнинах погибли от землетрясений и нашествия тварей. При этом сутки там увеличились всего на пятнадцать минут. А почему вы спрашиваете?

– Ничего, просто некоторые соображения и сопоставление фактов.
– Уклонилась от ответа Иллис.

Выключив связь, она откинулась на подушку.

"Значит вот как. День с ночью поменялись местами. Что же у вас там происходит, сестричка?"

Высокий, в несколько метров обрыв представлял собой отвесную скалу, о подножие которой бились морские волны. С того места, где стоял Лютимир, среди морской пены с трудом можно было разглядеть громадные валуны. Волны, после недавно закончившегося шторма, только начали успокаиваться. И звуки морского прибоя не мог заглушить даже шум ветра, гуляющего в кронах высоких деревьев, расположенного неподалеку леса. Кромка леса окружала этот хутор с трёх сторон и подходила к обрыву вплотную справа и слева от стоящего парня.

Услышав шаги, Лютимир всем корпусом развернулся навстречу. Хоть и знал, что это его офицер, а рефлексы сработали раньше. К спине никого не подпускать, мало ли что.

Риан замер всего в паре шагов от командира. Лютик мрачно покосился на дым и остатки дома за его спиной. Там еще продолжали копошиться его бойцы.

– Чем порадуешь?

– Ничем. Все бесполезно.
– Тяжело вздохнул Риан .
– Они ушли ещё вчера. В Пикардию. У соседей, с их полным рабством, мы их уже не достанем.

– Точно ушли? Отсюда ведь переход только в провинцию Ларнери.

– Ушли, точно. Капитан хмуро кивнул. По словам слуг, они вышли вчера до полудня. Переход до Ларнерии в двух часах пути. А на той стороне до дикого граничного портала шесть часов пешего ходу. Портал слабый, но стабильный и расположен в малолюдном месте. По два- три человека за раз пропустить сможет, а больше им не требуется. Партия рабов была небольшой, всего с десяток человек. Бойцов на ту сторону выслали, да только там пусто. Только следы и остались.

– Жаль. Столько времени и все впустую.
– Сплюнул Лютик.
– Хорошее местечко для базы выбрали. Хутор, почти что анклав. Стоит на горном плато, окруженном такими скалами, что не всякая тварь залезет.