– Мы можем по-прежнему не ходить на уроки? – спросил один из них.

– Неа, - я поднялась со стула и подтянула сползающие рукава свитера. – На занятиях нужно быть обязательно, иначе придется вам тут учить алгебру.

Кажется, это не слишком их увлекло. Впрочем, я на это и надеялась.

Уютные улочки заливало вечернее солнце. Зябкая прохлада наполняла весенний воздух. Пыль прилипала к носкам замшевых ботинок. Ветер изредка подкидывал мою челку надо лбом.

Мне нравится мой городок вечером. Солнце весь день проходит недалеко от горизонта, а вечером стремительно закатывается за темную полоску леса, озаряет его пожаром и исчезает. Над небольшими пятиэтажками, тополями, разбитыми тротуарами и детскими площадками с забытыми на них игрушками расстилается темное глубокое небо, полное сияющих осколков дня. Ветер едва слышно колыхает березовые безвольные ветви и корявые распростертые руки сосен. К десяти часам улицы пустеют. Остаются только небольшие компании подростков, чувствующих себя достаточно крутыми, чтобы гулять до комендантского часа.

С приходом скупого лета я доставала своё любимое платьице, купленное мною еще в раннеподростковом возрасте и отправлялась гулять по уютным малолюдным улочкам, уходя порой за край городка. В начале мая я уже с нетерпением ждала того дня, когда смогу снова продолжить свои одинокие прогулки.

Сегодня, возвращаясь домой из библиотеки, я поняла, что пора. Радостное настроение прибавило мне прыти. Как школьница я доскакала до квартиры, улыбнулась спускающемуся откуда-то парнишке-поэту, отперла дверь и проскользнула внутрь. Привычно пахло книжной пылью и лимонами. Из-за угла кухоньки выглянула Мурка и неспешно подошла приластиться. Гордо задрав хвост, она несколько раз провела гладкой мордочкой по моим ногам и скрылась снова за углом.

Я спешно высыпала пакетик кошачьего корма в миску и пошла переодеваться. Меня ждало белое винтажное платье и серое невзрачное пальто. Меня ждала долгая непрекращающаяся дорога, стылый туман, купленное по дороге яблоко, книга с зажатой пальцем страницей…

 Я проходила уютные домашние улочки с висящими коврами на турниках и погнутыми заборчиками у клумб, с цветами, прикрытыми обрезанными пластиковыми бутылками. Кошки грелись в лучах заходящего солнца. Я проходила аккуратные хрущевки, окруженные зеленью, шагала по размытой плитке тротуара. Мимо проезжали мальчишки на велосипедах и редкие машины. Чуть дальше городка было большое болото - некогда озеро, которое обмелело и заросло, образуя водное поле. Болото окружала плотная полоса леса. По его центру над водой на толстых железных подпорках тянулся деревянный мост. Здесь было особенно просторно, умиротворенно, тихо. Там я могла проводить целые дни: летом в окружении стрекоз и лягушек, зимой с заячьими следами и тихим снежным покоем.

Было зябко…

Я шла по влажным холодным доскам и следила, как круглое солнце опускается за лес. Ветер изредка влажными ладонями проводил по лицу, откидывал мне со лба челку. Впереди темнела арка сведенных ветвей тополей, в которую уходила тропинка. Сладко пахло сырой травой и железом. Я остановилась и раскрыла книгу. Честно говоря, читать не очень хотелось. Хотелось просто стоять, углубившись куда-то, где мысли превращались в смутные образы, наделяя каждую травинку, каждый цветок, каждое деревце сияю-щей в закате душой. А еще мне хотелось плакать от грустной красоты этого места. Я ду-мала о тех железных оковах, которые одел человек на все, что его окружает. И даже этот теряющийся в вечернем тумане мост не что иное, как цепь на иссушенном человеком озере.

Солнце опускалось к горизонту, золотыми подтеками разливаясь по небу.

Я стояла и любовалась волшебными воздушными мирами, сияющими над прозрачным простором Земли. Пели сверчки и лягушки, едва слышно шелестела сухая осока. Ветер тревожил гладь ополноводившегося болота.

Деревянные доски упруго заскрипели от чужих шагов. Я оглянулась.

По мосту шел биолог. Мне стало весело. Я улыбнулась.

Он улыбнулся в ответ, узнавая меня, остановился рядом, оперся на холодные ржавые перила.

– Добрый вечер, - сказал он. На самом деле, биолог совсем не плохой парень. Веселый, добрый, с ребятами неплохо

общий язык находит, чему я даже завидую, и совсем не похож на стандартного биолога в огромных очках с редким заиканьем. Ему было лет тридцать, он пришел работать в нашу школу через год после того, как я вернулась в неё. Среднего роста, он имел очень аккуратные не крупные черты лица и атлетическое телосложение, которое он прятал за бесформенным костюмом. Впрочем, сейчас он был в обычных джинсах и свитере. Биолог, наверно, даже мне нравился, только вот имя мне никак было не запомнить. Время от времени он заходил в библиотеку – брал Стругацких и свежие выпуски журнала «Педагог». А еще несмотря на незначительную разницу в возрасте никогда не обращался ко мне на «ты», исключительно «вы». – Гуляете?

– Вечер, правда, добрый, - ответила я и, улыбнувшись, снова перевела взгляд на раскрасневшийся закат. – Грех было не прогуляться. А вы?

 - Да вот, думаю, засиделся дома: пора выйти, воздухом подышать почти свежим, - он глубоко вздохнул.

– Почему почти свежим? По-моему, сейчас очень даже свежо, - рядом с ним я приобретала какой-то налет лоска, чувствовала себя жительницей начала двадцатого века в шляпке с вуалью и ажурными перчатками, поэтому часто начинала говорить ерунду, пытаясь поиграть словами.

Он как-то грустно усмехнулся и огляделся. Я повторила за ним движение и увидела то, чего раньше почти не замечала. Под железными мостками белой плесенью покрывали воду пустые сигаретные пачки, фантики и обертки от шоколадок, бутылочное стекло, пластиковые банки... Все это могло лежать здесь много лет, пока медленно природа растворяла яд в себе.

– Вы знаете, за счет чего живет городок? – спросил биолог.

Я кивнула.

– За счет военной части, которая расположена рядом.

– А что, по-вашему, делают гражданские, помимо бюджетников? – он отвел взгляд и стал смотреть на потухающее солнце. Я в замешательстве неловко переступила с ноги на ногу. Он грустно улыбнулся. – Тут недалеко стоит небольшое металлургическое предприятие. В городе есть котельные и лесопилки. Ну и добавьте мелких предпринимателей, которые покупают дешевое и продают дешевое. – Он кивнул на пластиковые упаковки рядом с мостом.