– С фениксами и охотниками все запутанно. Скорее всего, это обычные маги, верящие в то, что они потомки того древнего рода, - предположил Натаниэль.
– Конечно, есть вероятность, что это перерождающиеся души погибших, но тогда их число должно быть ограниченным. И я не очень понимаю, зачем такая сложность...

Адвара согласно кивнула, потому что, произнося последние слова, Натан посмотрел на нее.

– Я поговорю со Славой, - предложила я.
– Он сейчас сам запутался, и ему будет интересно разобраться, где правда и где ложь в их вере про возрождение.

– В постоянное переселение одних и тех же душ я не верю!
– резко и убежденно произнес Анаэль.
– Это даже для женщины слишком... извращенно.

– А вдруг?
– хмыкнул нервно лэр Тестаччо.
– Но если рассматривать эту легенду как пересказ реальной истории, меня больше удивляет то, что обвинили девушку.

Мухобой напряженно нахмурился и заинтересованно взглянул на друга:

– Поясни!

Мне, кстати, тоже казалось очень подозрительным, что все так легко поверили в вину невесты-драконицы, именно из-за обилия обвиняющих ее факторов. Нет, возможно, она действительно спятила, тогда вопрос - почему? С чего вдруг счастливой влюбленной, которая вот-вот станет женой своего избранника, хватать в ночи нож и идти вырезать всю его семью?

– Женщины, выходящие замуж по любви, проводят последнюю ночь перед свадьбой вместе с матерью и старшими подругами, а не с ножом по своему будущему замку бродят.

Пусть другими словами, но лэр Томазо высказал мои же мысли. Странное поведение для невесты, очень странное.

– Тебе виднее, ты дважды женился, - фыркнул Мухобой и задумался.

– Мне кажется, без змея там не обошлось, - предположил Ниммей.
– Не зря он ящерице в кошмарах являлся.

– Да, когда твоя сестра взлетает в небо, а ты остаешься ползать по земле, это, наверное, очень обидно, - поддержал Нима Адам.
– Особенно если до этого долго мечтал о полетах.

– Знаете, думаю, надо найти тот замок или его развалины, где все происходило, - предложила я.
– Вдруг на меня снизойдет озарение?
– и я с надеждой посмотрела на Хамона.

– Вполне возможно, лэр Рин, - поддержал он меня.
– Нам не помешает разгадать эту странную загадку. Я уверен, что в ответе на нее скрыта подсказка о том, как победить охотников.

И тут Анаэль внезапно рассмеялся:

– И что, никто кроме меня не заметил странного совпадения? Папаша-некромант, мамаша-драконица и ребенок, дракончик-некромант? Может, невеста уже возродилась, только звать ее теперь Фредо?

Глава 37. Невеста или не невеста?

Пока Фредонис, растерянно замерев, гневно сверкал глазищами, эмоционально излучая, что с него довольно и ничьей невестой он быть не намерен, остальные парни тихо перешептывались и сочувственно поглядывали на друга.

У меня после слов Анаэля по всему телу словно смерч холодный пронесся и сердце сжалось.

Совпадение действительно было пугающим... Я сама от волнения не очень понимала, как на все это реагировать. Разрывалась между страхом и злостью. Но одно знала точно - мне плевать с крыши нашей башни на все эти легенды и предсказания! Пле-вать!

– А Ринка, выходит, муж?
– хохотнул нервно Роджер.

Ним на это криво улыбнулся, поглядывая то на меня, то на Фредо. Конечно, я сейчас похожа на монстра-воробушка, но плевать! Первого, кто рискнет заявить о своих правах на моего дракона, я порву на мелкие-мелкие лоскутки, потом склею как придется и снова порву!

Убиться плеером... Тоже мне шуточки, на ночь глядя!..

– Нет, муж у него - феникс, - быстро произнес Анаэль и тут же рассмеялся, хлопнув сидящего рядом Нима по плечу.

– Жених, - напомнил Фонзи и тоже очень неприлично хрюкнул от смеха, старательно отводя взгляд от Фредо.

– Главное, чтобы не Эззелин, - присоединился к общему нервному веселью Адам.

Тут народ окончательно накрыло, и долей пять-десять в кабинете ректора звучали только ржач и разнообразные версии на тему кандидатов в женихи Фредонису.

Я, глубоко выдохнув собственную злость, тихо положила ладонь мужу на колено и поглаживала его, отвлекая от происходящего. Фредо тоже злился, но не огрызался, дожидаясь, пока все угомонятся. Народ веселился исключительно, чтобы скинуть напряжение, и теперь оно бесхозно витало над нами, потихоньку рассеиваясь и позволяя расслабиться.

– На самом деле ты действительно можешь быть перерождением этой невесты, - немного успокоившись, «порадовал» нас Анаэль.
– Но, получается, что мы тогда пропустили время слабости феникса, а это очень обидно. И еще... Драконы, с которыми мы сражались, вернулись не по своей воле, а по желанию ангельского узурпатора. А предсказание, скорее всего, должно было быть замкнуто на этот мирок, понимаете? Без учета спятивших и возжелавших захватить власть ангелов. И еще цикличность пожаров тогда в картинку не вписывается. Почему они начались сейчас, а не перед твоим рождением? Что вы о пожарах думаете? Ну? Напрягайте извилины!