Фредонис любит меня, ради меня поругался с отцом, а я все равно ревную!.. И сбежала от них, чтобы не наговорить ничего, о чем потом буду жалеть. А я была готова...

И-ить, да я едва сдержалась, чтобы не оттолкнуть Фредо. Мне хотелось его ударить, наговорить гадостей, высказаться, сделать ему больно!.. Отомстить за собственную боль...

Убиться плеером! Эззи он жертвовать не готов, зато сам полезет в туннель и будет строить змею страшные рожи?! Или язык ему показывать?!

Представив Фредониса, строящего рожи огромной иллюзии, я непроизвольно улыбнулась.

– Что, без поварехи справилась?
– поинтересовался плюхнувшийся рядом Тимка.
– А то я уже сбегал!
– И он покрутил передо мной обычным черпаком из столовой.
– Что нос морщишь? Не баронская, без алмазов... Кстати, остальные там с лупой сидят, камни на книжке изучают. Твой коронованный вздыхатель думал, что сейчас как вжух - и вся книжка в алмазах. Нет, она разными камнями инкрустирована так, что глаза слепит, но подходящего среди них нет. Ни одного. Обычные все, не магические.

– Ясно, - вздохнула я и пристроилась на плече у Тима.
– Я зря психанула, да?

– Ну, подскакивать, словно тебя шершень в зад укусил, и закусив удила мчать, лягая всех копытами, это ты точно зря. По лбу твоему мужу надо было дать, тут я согласен. А то совсем перемкнуло... Обязательно на годовщину повареху вам подарю, общего пользования... Надо только неубиваемую придумать, чтобы не ломалась. Эта-то долго не выдержит, сломается от частого употребления.

– Ящерица, у нас проблема, - раздался у меня в голове голос Ниммея.
– Тут Сенат гвардейцев прислал, пленных забрать. Всех. Нам хотят только девчонку оставить, ну и на твой мотоцикл никто не покушается. Это он тут орет благим матом и обещает всех передавить...

– А Славка?!
– подскочив, я принялась оглядываться, пытаясь сориентироваться, куда бежать.

– А недобиток тут никому кроме тебя и твоего бешеного мотоцикла не нужен. Но забрать его пока не получается, так что если ты поторопишься...

Глава 2-20 (50 день, 6 день осени)

Мчаться мне надо было в соседний двор, именно оттуда было удобнее всего попасть в блок, где жил Славка. Перебежав через корпус и вылетев на улицу, я сразу оценила масштаб веселья.

Поближе к стене стояла первая группа действующих лиц. Двое гвардейцев с носилками, накрытыми покрывалом - все понятно, там жертва ментального допроса. Парень со связанными руками - это наш последний пленный, возле которого скучает один гвардеец. Мужик с противной рожей... то есть нормальная у него рожа, просто мне на него смотреть противно - это дядюшка Аля. Ему для охраны выделили двоих. Правильно, все-таки контрабандист и убийца. А за тетушкой Ребекки присматривает опять всего один гвардеец. И она стоит такая бедная, зареванная, несчастная... лицемерка, и-ить! И убийца тоже, пусть и несостоявшаяся.

Чуть поближе к самому месту действия веселилась от души вторая группа - две наших команды, мужским составом, а также ректор, проректор, два брата Троватто и Хамон. То есть все, кто был на большом тайном собрании, кроме меня и Тимки.

Прибежавший следом за мной домовенок стоял за моей спиной и восторженно комментировал происходящее нечленораздельными звуками.

У меня сначала тоже не вышло выдать что-то более осмысленное, чем: «И-ить!».

Шесть гвардейцев, нападая с трех сторон, пытались как-то обмануть один по идее довольно неповоротливый мотоцикл, урчащий, сверкающий фарами, встающий на заднее колесо и крутящий рулем во все стороны. Мотя, то есть Аль... катался по кругу, как в цирке, быстро разворачивался и несся, пробуксовывая для устрашения, в обратную сторону. На резких поворотах у него из под колес летели пыль и мелкие камни, причем прицельно - в противников.

Этот одушевленный озверевший артефакт упорно не подпускал шестерых... и-ить! Убиться плеером!.. Шестерых гвардейцев к Славке, прижавшемуся вплотную к стене и тоже отбивающемуся палкой, по мере надобности. Палка была из ученических, для тренировок. Интересно, удачно под руку подвернулась, или кто-то помог? Хотя скорее первое - зрительный зал просто наблюдал за представлением, но не поощрял никого из соперников.

– Что здесь происходит?!
– рыкнула я, оглядывая всех участников - и скучающих, и веселящихся, и дерущихся.

– Я попросил Сенат прислать отряд гвардейцев забрать находящихся здесь пленных и двоих задержанных, чтобы перевезти их в дворцовую тюрьму, - спокойно ответил ректор.
– В Академии живут студенты, убийцам здесь не место.

Я внимательно посмотрела на лэра Тестаччо, пытаясь определить - он сделал это из-за разговора с отцом Фредониса или действительно потому что Академия - не тюрьма. Вроде все логично, так что, скорее всего, просто совпадение.

– Славка - не убийца, - не знаю почему, но я, как и Аль, совершенно не хотела, чтобы Славу отсюда забирали. Причем я осознавала, что он мне не друг, но и врагом воспринимать не получалось.