И ринулся к выходу с такой скоростью, будто вызвали его к самому Президенту.

Мы ждали в кафе на последнем этаже универмага. Мама взяла две небольшие чашечки кофе. Я глотнул и чуть не поперхнулся от горечи. После сразу же бухнул в тёмную жидкость два кубика. Затем посмотрел на маму, мол, ты же всё равно пьёшь без сахара. Её тонкие пальцы изящно сжимали изогнутую ручку чашечки. Другой рукой она придвинула мне блюдце, где сиротливо жались друг к другу два искрящихся кубика. Теперь дело пошло на поправку, кофе можно было тянуть маленькими глоточками, не опасаясь першения в горле, грядущего вылиться в затяжной кашель. Во рту было сладко, а в душе горько.

Я уже начал проникаться мыслью, что iPhone мне не достанется. Что придётся выбрать другой телефон. Что мечту я буду наблюдать только в фильмах да у друзей в "Инстаграмме". Такова жизнь. Пока сам не станешь миллионером, никто не обязан покупать тебе дорогие игрушки.

Я нисколько не сомневался в том, что когда-нибудь буду миллионером.

Но миллионером-то я буду потом, а iPhone хотелось сейчас.

Безвыходное, тягостное, нищебродское положение.

И ничего не исправить.

И тут появился отец. В руках у него светлела коробка. По дизайну явно не айфон, но...

– - Держи, -- сказал он и улыбнулся.

Это была ещё никем не виданная новинка -- Sony Xperia Z3!

Не веря мечте, я принял подарок. Я впитывал взором совершенство. Я вчитывался в мелкие буковки. Мой восторг взмывал на неизмеримую высоту, когда я осознал, что сегодня -- именно сейчас!!!
– - это даже круче, чем айфон.

В жизни случаются чудеса. И если чудо происходит в день рождения, то кажется что каждое мгновение этого дня пропитано волшебством. Где-то за горизонтом копошилась странная мыслишка: как так, ещё утром не было денег, и вдруг они появились. Но мыслишка эта заботила меня не сильно.

Загадка внезапного обогащения раскрылась где-то через неделю. На книжной полке в верхнем ряду я обнаружил проём. Раньше там красовался толстенный фолиант, привезённый папой из-за границы. Когда-то он ездил на учёбу и разыскал на блошином рынке эту средневековую книженцию. Мне даже нравилось рассматривать старинные гравюры, рисунок которых складывается из тонких линий. И если вести пальцем по странице, то чувствуешь их шероховатость. Батю фолиант захватил сильно. Он утверждал, что там, среди страниц, зашифрована древняя тайна. Нужно только разобраться. Он даже в свободные вечера заучивал латынь и медленно, страница за страницей, переводил содержимое.

И вот теперь этой книги нет.

Я вспомнил, как в квартире несколько раз возникал некий Эдуард Власович. Такой низенький толстенький замухрышка в очёчках. Но замухрышкой он не был, так как оправу у этих очёчков изготовили из золота. Обеспеченный типчик был Эдуард Власович, хоть с виду и казался откровенным лошарой. Этот Эдуард Власович вечно тёрся у книжной полки. Иногда он снимал фолиант и, бережно уложив на стол, осторожно перелистывал пожелтевшие страницы, заполненные латиницей. Я безмятежно играл неподалёку и лишь фоном улавливал, что Эдуард Власович непременно эту книгу хочет приобрести. Но батя лишь посмеивался и говорил, что книгу ценит не деньгами.

А теперь и Эдуард Власович не заходит. Головоломка сложилась так, что её разгадка стала явной.

Почему-то мысль о проданной книге не давала мне успокоиться. Я дорожил подарком, но как-то странно. Я даже запретил себе говорить "Sony Xperia Z3", называл её просто смартфоном, будто это могло как-то поправить дело. Конечно, я не считал, что произошла какая-то трагедия. Без старинной книги вполне можно жить и дальше. Отец и жил, больше не вспоминая о ней. По крайней мере, при мне. Мысленно я тысячи раз говорил ему спасибо. Но вслух сказать до сих пор как-то не пришлось. Хотя мобиле уже почти десять месяцев.

Воспоминание о дне рождения пригасило восторг о дорогущем аппарате, который настолько очаровал Кильку, что тот не выпускал его из рук. Даже самый дорогой телефон мира не мог нам помочь. Здесь он сродни сундуку с золотом, который находился на острове Робинзона Крузо. Огромное сокровище, на которое невозможно купить даже то, что в любой лавке стоило меньше фартинга. Техническое совершенство, превратившееся в бесполезную игрушку там, куда не пробьётся сигнал с вышки.

Даже великолепный Vertu являл дисплей, где индикатор уровня сигнала, получаемого от вышек мобильной связи, жизни не подавал.

– - Ты это... список звонков зацени, -- Килька показал экран даже не Кабанцу, а мне, словно я сейчас был главным.

И я увидел строчки сеансов связи. Свежих не было. Но напротив трёх явно значилось "Yesterday". Это означало, что где-то в нашей непередаваемой глуши пряталось место, откуда можно позвонить в нормальный человеческий мир.

Глава 1

1