Миновав крошечную прихожую Каэл сразу попал в большую и, судя по отсутствию дверей, единственную комнату.

Первым, на что юноша обратил внимание стала длинная, разделяющая дом надвое дыра в потолке. Частички поднятой неожиданным посетителем пыли причудливо искрились в солнечных лучах, отвлекая внимание от разбросанных по полу листов заляпанной чернилами бумаги.

Каэл присел на корточки и приподнял один из листов, придирчиво его осмотрев. Ничего, кроме огромных клякс, на нем не было.

Неожиданно дунувший в спину холодный ветер заставил юношу поморщиться и еще крепче сжать грубую мешковину. Вместе с покалыванием в побелевших от напряжения пальцах к юноше пришло и осознание цели своего здесь пребывания. Наскоро рассыпав положенную половину пыльцы Каэл было устремился к выходу, как вдруг его взгляд наткнулся на странную книгу, сиротливо лежащую на прибитой к стене полке. В своей жизни книг он прочитал с десяток, но такую юноша видел впервые.

Черная, шершавая кожа, укрепленная по краям тонкими полосами алого металла притягивала взгляд. Когда-то давно на обложке были выдавлены и очерчены буквы, но сейчас от них остались лишь едва заметные силуэты. Каэл протянул к книге руку... А следующую секунду его грудь словно кипятком ошпарило.

Каэл вскрикнул и в два шага выскочил из дома, нос к носу столкнувшись с разъяренны! Виллианом, крепко сжимающим пылающий золотым огнем клинок.

– Где?!
– Спросил Виллиан, одним движением задвигая Каэла себе за спину.
– Демон? Человек?

– К-книга, учитель. Меня амулет обжёг, я испугался... Простите, учитель.
– Виллиан шумн выдохнул и загнал клинок в ножны.

– Показывай... О!
– Юноша не успел даже рта открыть, а Виллиан уже держал в руках проклятую книгу.
– Демонология... Неудивительно, что их всех тут перерезали. Даже самы стойкие люди не в силах противиться воле падших душ, заключенных в бумаге. Идем.

Они вышли из дома и направились прямиком к отряду инквизиторов, о чем-то спорящих отдалении от основной группы.

– Райт!
– Толстяк в доли секунды продрался сквозь окруживших его товарищей.
– Готовы ритуал очищения. Смотри, что мой ученик обнаружил.

Райт двумя пальцами подхватил книгу и раскрыл на первой странице.

– «Сущности третьего плана, авт. Гуалидор»... Редкая и сильная книга. Ты не пострадал? Спросил инквизитор участливо, чуть наклонившись к юноше. Он, хоть и был толстым - ростом превосходил Каэла на две головы.

– Нет, господин.
– Четко, как советовал учитель, ответил он.

– Тогда принеси сюда мешок пыльцы... И позови Артиса, ему пригодиться подобный опыт. Каэл кивнул и убежал разыскивать друга. Виллиан и Райт переглянулись.

– Он касался книги?

– Похоже, что нет - амулет Великого Храма не позволил. Но странно уже то что он остался в сознании, друг мой.

– У мальчика сильный дар. Он защитил его - не осталось даже следов.

– От Знания, вдоволь напитанного душами? Когда я впервые встретил такую книгу, то едва не насадил себя на собственный клинок!

– Значит, у него ОЧЕНЬ сильный дар, Виллиан. Обучи его как следует.
– Райт подмигнул и стрельнул глазами за спину Виллиана. Паладин сразу все понял и обернулся.

– Высыпайте всю пыльцу на книгу. Рафаэль, неси запал!
– Прикрикнул Райт на своего ближайшего подчиненного. К моменту, когда принесли запал, оказавшийся тонкой бирюзовой палочкой, книга была уже погребена под толстым слоем пыльцы. Помимо этого Райт начертил вокруг неё странный символ, сейчас тускло мерцающий белым светом.

– Пыльца испепелит физическую оболочку Знания, а знак очищения - астральную. Каким-либо иным способом проклятую книгу практически невозможно уничтожить, хорошенько это запомните.

С этими словами Райт метнул запал в пыльцу и, сложив на груди руки, принялся нараспев читать заклинание. Знак очищения вспыхнул, а в следующее мгновение в небо ударил огромный столб пламени.

Спустя несколько секунд огонь стих, оставив после себя лишь спекшуюся до состояния камня землю.

– Вот и все. А теперь я расскажу вам, почему к таким книгам, не обладая соответствующими знаниями и силой, не стоит даже приближаться...

Каэл с тоской смотрел на деревню, почти скрывшуюся за горизонтом. В глазах юноши стояли слезы.

Прощание было коротким и сухим - Худоск лишь попросил не забывать старика и быстро скрылся в кузне. Нельзя сказать, что Каэл из-за этого не расстроился - да, ему было обидно и тоскливо, но юноша мог понять своего приемного отца. Он и сам предпочитал быстро прощаться - так проще... И не так больно.

Взгляд юноши скользнул по обложке серой, с золотым тиснением книги.