– Здравствуйте, - вежливо сказал Ян.

– Я ищу своего знакомого, Адама, он жил в соседней квартире и несколько дней назад пропал. На работе его не видели и решили забыть. Вам неизвестно, что с ним случилось? Ведь нелепо представить, будто вы не знакомы с соседями. Если ничего не случилось, означает ли это, что с ним случилось "ничто"? Нужно его найти. А как же иначе? Он исчез. Так быть не должно, и я не хочу слушать тех, кто говорит, что это нормально. Я с этим никогда не смирюсь, сколь убедительные теории и доказательства мне бы не приводили. Есть нечто за краем логики, например, человек, и если кто-то или что-то скажет, что правильнее ему не существовать, то надо не соглашаться, пока есть силы. Я буду очень благодарен, если вы даже не откроете, но подадите знак, по которому можно догадаться, что вы находитесь в квартире, а не в моём воображении. Одно от другого отделено лишь тонкой дверью, но её нельзя не учитывать. Впрочем, как хотите. Даже если вы промолчите, я не буду в отместку считать, что вас нет.

Он подождал ещё, коснулся ручки, будто желая открыть, но передумал и возвратился к лифту. Выйдя из здания, он снова поднял голову и посмотрел на окна.

3.28.

Ян повернул ключ и зашёл в комнату.

Телевизор продолжал беззвучно работать, Ян несколько минут глядел на экран, затем шагнул к окну. В соседнем доме горели огни, за прозрачными занавесками вырисовывались силуэты людей. В одном из окон он заметил сидящих на диване мужчину и женщину. Они смотрели телевизор и держались за руки.

Что плохого в обычной жизни, подумал Ян. Наверное, ничего. Повторение дней похоже на спокойную умиротворённую музыку, не здесь ли где-то скрывается счастье.

Он на секунду отвернулся, взглянул снова и увидел, что мужчина исчез. Затем Ян обнаружил его у соседнего окна, он неподвижно смотрел на улицу. Ян закрыл на минуту глаза и свет в окне погас, мужчина возвратился на диван и взял женщину за руку.

Ян опять устало прикрыл глаза, и вновь увидел освещённым другое окно и стоявшего за ним жильца. Ян снова зажмурился, и после этого, как и в прошлый раз, человек оказался на диване.

Ян вновь закрыл глаза, и всё повторилось - свет в другом окне и возвращение мужчины на диван. В четвёртый раз тоже. И в пятый. Всё происходило с точной размеренностью, словно по часам. Ян перестал закрывать глаза, но ничего не изменилось - погас свет в комнате с диваном и включился после ухода мужчины, вспыхнуло освещение во втором окне, человек застыл около него на минуту, потом свет в обеих комнатах выключили, затем он снова загорелся в комнате с диваном, и там уже сидел мужчина и в очередной раз романтично держал женщину за руку.

– Что это значит, - сказал Ян.

Он спустился на улицу и зашёл в подъезд здания напротив. Подъехал лифт, Ян надавил кнопку и поднялся на этаж со странными окнами.

3.29.

Коридор оказался таким же, как в его доме - длинным и едва освещённым, но одна из дверей была приоткрыта, и из квартиры тонкой полосой падал яркий свет.

Ян заглянул внутрь.

В комнате стоял незнакомый ему коренастый человек средних лет с тяжёлыми чертами лица, походивший на грузчика или рабочего, однако, судя по сюртуку и нарукавникам, он всё-таки был чиновником Министерства. Пальто и шляпу он снял и бросил на кресло. Услышав шаги Яна, незнакомец повернулся и смотрел на него с неприкрытой досадой.

Помимо чиновника, в комнате были ещё двое. Высокий мужчина в светлой рубашке и домашних брюках, а рядом с ним - красивая женщина в коротком платье. Они выглядели довольно молодо, и внешность намекала на их интеллект, вкус, образованность и высокое социальное положение.

Но описание этих двоих, и тем более размышление о принадлежности к тем или иным слоям общества являлось ненужным и даже глупым занятием, потому что они были манекенами, очень похожими на тех, которые выставлены в торгующих одеждой магазинах.

Они сидели на диване, словно держась за руки. Чиновник же находился в тени, оставаясь незамеченным из соседнего дома.

Он молча и с нескрываемым подозрением рассмотрел Яна, покосился на окно и сказал:

– Если вы пришли сообщить, что я всё делаю неправильно, то можете сразу убираться. Слушать я вас не буду. Я выполняю свою работу в точности по приказам, поэтому обвинить меня не выйдет. Потаскали бы манекены с моё, а потом говорили. Много развелось советчиков, которые могут лишь писать бумажки. И без вас понимаю, что монотонное повторение выглядит нереалистично, но кто я такой, чтобы сомневаться даже в самой нелепой инструкции. Я, конечно, не клерк третьего класса, но и до второго мне не хватает образования.

Ян немного растерялся.

– Извините, я кое о чём догадываюсь, но всё-таки скажите, что вы, собственно, делаете?

Чиновник с недоумением наклонил голову.

– Ставлю манекены перед окнами. А вы что подумали?

– Нет-нет, так я и подумал.

– Тогда зачем спрашиваете?

– Понимаете, это настолько странно, что я решил переспросить.

– Странно! Ха! Если вы находите это странным, то не видели действительно странных вещей. Странно! Хахаха!
– он криво улыбнулся и покачал головой.