— Министр Магии, — заметила Панси, — чего это он?

— Наверное, нам сейчас скажут, — предположил Блейз.

Студенты смотрели на пришельцев во все глаза. Наконец в Зале собрались все учащиеся. У дверей замер Филч.

— Прошу минуту внимания, — доброжелательно улыбнулся министр. — Произошли очень важные события. Профессора Хогвартса сумели пленить дух Того-Кого-Нельзя-Называть. Да-да, он пытался вернуться.

Студенты испуганно и удивленно переглядывались.

— За выдающиеся заслуги перед Магической Британией директор Хогвартса Минерва МакГоннагал, заместитель директора и декан Слизерина Северус Снейп и декан Райвенкло Филлиус Флитвик награждаются Орденом Мерлина Первой Степени.

Зал грянул аплодисментами.

— Кроме того, была возвращена считавшаяся пропавшей реликвия Основательницы Ровены Райвенкло — знаменитая диадема. Мисс Гермиона Грейнджер, студентка первого курса факультета Слизерин, тоже будет награждена.

Гермиона смотрела на оратора, приоткрыв рот.

Слово взяла Минерва МакГоннагал.

— Мисс Грейнджер награждается медалью за заслуги перед Хогвартсом, — сказала она, — в Зале Славы разместят соответствующую табличку. Кроме того, ей присуждается сто баллов.

— Грейнджер, ты где диадему нашла? — спросил Драко.

— Попечительский Совет Хогвартса надеется, что реликвия Основательницы останется в школе, — мягко улыбнулся Люциус Малфой, — поэтому мисс Грейнджер выплачивается компенсация в размере тысячи галлеонов.

— Поздравляю! — сказал Гермионе Гарри. — Ты должна нам все рассказать.

Потрясенная девочка кивнула.

Слово снова взяла МакГоннагал.

— Я уверена, — сказала она, — что некоторые подумали, что уж они бы ни за что не отдали такую редкую и дорогую вещь. Так вот, Тот-Кого-Нельзя-Называть использовал диадему Основательницы в своих гнусных целях. Если бы мисс Грейнджер не принесла свою находку декану, то с ней могло случиться что-то очень плохое. Она могла бы стать одержимой. К счастью, этого не произошло. Диадема сейчас в Отделе Тайн, где ее исследуют и избавляют от следов черной магии. Помните об этом, если найдете что-нибудь необычное.

— Думаешь, это правда? — спросила Панси.

— Там была такая темная дымка, — ответила Гермиона. — Ой, меня же ждут!

Под аплодисменты всего зала девочка подошла к директрисе и получила из ее рук красивую медаль. А Люциус Малфой вручил ей тяжелый мешочек с галлеонами. Сверкали вспышки колдокамер.

— Для «Ежедневного Пророка», пожалуйста. Улыбочку!

— Ой, это будет в газете? — спросила Гермиона.

— Ну конечно, мисс Грейнджер, — улыбнулся министр, — на первой полосе.

Девочка неловко пригладила волосы и робко улыбнулась.

Стоило ей вернуться за стол своего факультета, как ее тут же взяли в оборот. Подтянулись и представители других факультетов.

— А хорошо, что Грейнджер не знала, что это за диадема, — заметил Теодор Нотт, — любой другой на ее месте не удержался бы от примерки.

— А что там была за дымка? — напомнила Панси.

— Понимаешь, — сказала Гермиона, — профессор Гендельквист стал ее проверять с помощью заклинаний. И появилась темная дымка. После этого меня сразу же спросили, не надевали ли я диадему. Жалко, если с ней что-то плохое, она такая красивая.

— По легенде, кто ее наденет, тот станет умнее, — заметил Блейз.

— Ну и что? — ответила на это Гермиона. — Зато все будут думать, что такой человек на самом деле дурак, а весь ум у него от диадемы.

Слизеринцы рассмеялись.

— Ну, не без этого, — сказал на это Маркус Флинт, — но сто баллов — это круто. Может еще чего найдешь? Есть еще медальон Салазара Слизерина и чаша Хельги Хаффлпафф.

— А чего только она? — возмутился Драко. — Все будем искать.

— Главное — не мерить, когда найдешь, — напомнил Винс.

— Ага, особенно чашу, — хихикнул Гарри.

— Учащиеся! Уроки никто не отменял! — послышалось от стола преподавателей.

Студенты подхватились и помчались на лекции.

*

Рон Уизли таращился в потолок. Он очень смутно помнил, что случилось прошлой ночью. Вроде бы, он куда-то шел. Или не шел? А потом бежал? Куда и от кого? Или за кем? А что было дальше?

— Ронни, сынок, ты очнулся?

— Мама?

Из-за ширм вышли родители.

— Ты что-нибудь помнишь? — спросил Артур.

Рон всхлипнул и покачал головой.

Послышались шаги. У кровати появились МакГоннгал, Снейп, другие профессора, какие-то незнакомые люди.

— Он ничего не помнит! — тут же вскинулась Молли. — Вы не можете его обвинять! И мучить тоже!

— Никто не собирается мучить вашего сына, миссис Уизли, — доброжелательно проговорил невыразимец, — воспоминания все равно можно получить. Ваш сын попал в беду, и в ваших же интересах, чтобы мы установили истину.

Молли оглянулась на мужа и кивнула. Невыразимец присел на край койки Рона.