Шрифт:
— Теперь он будет знать, Ульв.
— Спасибо, Харальд, — говорит Ульв. — А славно мы, однако, поплавали с тобой по свету!
Так сказал Ульв, улыбнулся и умер.
Харальд закрыл ему глаза и говорит:
— Тебе спасибо, Ульв. В одном ты был не прав: никогда я не забывал о Свейне.
Он поднялся и, глядя на север, сказал вису:
— Срок исполнился: встанет Ратной стали властитель, Скоро опоры шлемов С плеч полетят на землю. Слышу, всё ближе, ближе Чёрного лязг железа, Смертной росою кровь Свейну омоет ноги!10
Как было дальше
и чем закончилось
Он прибывает туда, и его представляют Ярислейву. И при том присутствуют Вальгард-ярл, прискакавший прежде, и Рагнар. И Кнут говорит:
— Я с добрыми вестями, светлый конунг. Ярлы решили на альтинге признать Рагнара опекуном при Магнусе, раз ты дал своё благословение. Но нужно спешить, пока они не передумали.
Услышав это, Рагнар склонил голову перед конунгом, как бы в знак благодарности, на самом же деле тем он хотел скрыть торжествующую улыбку, которая свойственна более честолюбцу, но не воину. А Ярислейв-конунг сказал:
— Поспешаем, не торопясь. А что успели — Рагнар сам тебе и покажет.
После этого Рагнар ведёт Кнута к берегу и показывает корабли, готовые принять коней и воинов, и Кнут остаётся доволен увиденным.
Затем руссы и варяги устраивают пир и обсуждают скорый поход, и это происходит во дворце конунга, на открытых сенях.
И оттуда Рагнар замечает Эллисив, проходящую через двор. И, отставив чашу, покидает застолье. И идёт за Эллисив, и входит следом за ней во дворец.
Дворцовыми переходами он спешит за Эллисив и видит, что она убыстряет шаг, как бы желая убежать от Рагнара. Тогда он догоняет её и становится у неё на пути, и Эллисив оглядывается вокруг, но вокруг никого нет.
Рагнар, сдерживая тяжёлое дыхание, говорит:
— Почему сторонишься меня, Ярославна? Чем я тебя прогневал?
Эллисив отвечает:
— Много чести берёшь на себя, Рагнар, я и не думаю о тебе.
— Всё тоскуешь о Харальде? — говорит Рагнар. — Его нет! И он никогда не поведёт войско на Свейна. Я поведу — так решили ярлы.
Эллисив смотрит на Рагнара и говорит:
— К чему эти твои речи?
Тогда Рагнар вдруг падает перед Эллисив на колени и говорит:
— Вели, что пожелаешь, и перед моими подвигами померкнут дела Харальда. Из черепа Свейна сделаю для тебя чашу в золотой оправе!
— Чем же оплачу такой подарок? — говорит Эллисив.
Рагнар отвечает:
— Забудь Харальда.
Эллисив усмехается:
— Скоро же ты сам забыл того, кого звал первым другом! — И, повернувшись, идёт прочь, но Рагнар мягким прыжком рыси снова её настигает:
— Пусть так, но не ты ли первой предала Харальда?
И, видя, что Эллисив споткнулась, как подшибленная его словами, он продолжает:
— Одним грехом мы грешим, Ярославна, но он и связал нас навеки, и отныне едины наша судьба и престол!.. Доверься мне, как доверился твой отец, и я всю Норвегию с Исландией положу к твоим ногам, несравненная Эллисив!
Эллисив бессильно молчит с запрокинутым взором, словно у неба моля избавления, а Рагнар подползает к ней на коленях и обнимает её ноги. И жарко шепчет:
— О, Эллисив, сколько лет я ждал этого дня! Сколько лет молчал, не смея сказать, как прекрасно лицо твоё, как гибок стан, как величава поступь и царственна твоя острая речь...
И тогда Эллисив, собрав силы, отталкивает от себя Рагнара, и в руке у неё Рагнар видит блеснувший нож:
— Ну так знай, что не один язык остёр у Ярославны!
И с такими словами Эллисив замахивается на Рагнара ножом.
Но в это время издалека, где течёт Днепр, вдруг слышится звук рога. И повторяется троекратно, всё громче.
Тогда Эллисив подбегает к окну и видит, что из-за речной излучины выплывает ладья под парусом, на котором изображена всадница на белом коне.
И Эллисив, забыв о Рагнаре, в радости бежит по дворцовым палатам и лестницам, крича:
— Вернулся! Вернулся!
И никто толком ничего не успевает понять, а Эллисив уже выбежала из дворца и несётся по городу к воротам.