Я был слизеринцем до мозга костей, я не собирался лезть на рожон. Всегда проще найти очередную мокрощёлку среди ровесниц, чем гоняться за чем-то совсем уж недоступным. Да и не стоили эти девчонки всех этих рыцарских подвигов.

– Малфой, ещё раз вякнешь что-то подобное в сторону моей сестры, и я на миг позабуду, что мы лучшие друзья, чтобы выбить из тебя всю дурь.

– Справедливо, – спокойно ответил я, сжав пальцами его запястье. Он освободил мой воротник, и я тут же привел себя в порядок, благо, потасовку видели всего несколько младшекурсников. Ни к чему лишние сплетни. – Я просто пошутил, не принимай близко к сердцу, – я поправил сумку на своём плече и попытался сделать свой голос максимально невозмутимым. – И от Лили мне ничего не нужно. Клянусь, Поттер, я её и пальцем не тронул ни разу. Она маленькая ещё, слишком много мороки.

В глазах Поттера было сомнение.

***

– Привет, – её шёпот забирался под кожу. Я почувствовал, что волнение лизнуло меня по загривку, и тут же поднял глаза.

Конечно, я заметил, когда чёртова Поттер зашла в библиотеку. Да, я наблюдал за ней, пока она ходила между стеллажей в поисках нужного фолианта. Безусловно, я специально не отрывал глаз от своего пергамента, в котором успел вывести всего пару строчек, когда понял, что она села прямо напротив меня. Нас разделяло ничтожное расстояние в две парты: по моим подсчётам, не более четырёх футов.

– Привет, – сухой ответ: мне казалось, что кто-то качает из меня энергию тоннами, настолько сложно было сохранять спокойствие в присутствии этой девчонки.

Не сложнее, чем скользнуть по ней взглядом и не выдать собственного вожделения. Интересно, если заглянуть под парту, что удастся увидеть? Она целомудренно скрещивает ноги, или в тайне надеется, что незадачливый студент, полезший за уроненным пером, сможет разглядеть её бельё?

– Я хотела у тебя спросить кое-что…

Мне хотелось думать, что эта скромность напускная. Что Лили просто лицемерная дырка, которая своим невозможным трепетом просто хочет пробить дорожку в мою койку. Но я знал, что это была её натура. Она таилась в хрупких ключицах и тонких пальцах, которыми она сжимала обычную маггловскую ручку, которой писала в черновиках.

– Не тяни время, Поттер, я немного занят, ты видишь?

Растерянность и обида. Малышка закусила нижнюю губу и опустила глаза. Пушистые ресницы бросали тень на её чистое лицо, которое совершенно не портили восхитительные веснушки. Хоть бы один чертов прыщ, чтобы не казалась такой совершенной. Не судьба.

– Почему мой брат говорит держаться от тебя подальше?

Вас когда-то били под дых? Когда ещё воздух вышибает из лёгких, и ты какое-то время находишься в прострации, не понимая, что происходит. Если да, то вам знакомо то, что мне пришлось испытать в следующую секунду. Если нет, то, будьте добры, разбегитесь хорошенько и ударьтесь об угол комода солнечным сплетением, я не намерен переживать это в одиночку.

– У него и спроси, – я вернулся к своему эссе. Только зельеварение могло отвлечь меня от всего на свете, и я собирался воспользоваться этим. Впрочем, человеку свойственно ошибаться.

– Я думаю, ты в курсе, и можешь дать мне ответ на этот вопрос, потому что дословно Альбус звучал примерно так: «Держись подальше от этого похотливого мудака».

– Ох, ну и что же это могло бы значить? – я отложил перо в сторону, откинувшись на спинку стула.

Лили знала меня не так хорошо, как Альбус, потому я без страха сложил на груди руки в защитном жесте.

– Ты мне скажи, – на моё равнодушное фыркание, она ответила очередным грустным взглядом. – Я тебе нравлюсь?

Меня невидимой рукой ударили в солнечное сплетение второй раз. Стиснув зубы, я всеми клетками своего мозга контролировал своё лицо, пытался сделать позу менее напряжённой. Пытаясь не реагировать так остро на надежду, сквозившую в её голосе.

Что она ожидала услышать? Да, Лили, безумно. Мечтаю о тебе ночами, пошли трахаться, только братику не говори?

И я не нашёл ничего лучше, чем засмеяться. Громко, в голос, так, что мадам Пинс сделала мне замечание, так, что студенты стали поворачивать головы в мою сторону.

Так, что на глаза Поттер-младшей навернулись слёзы.

Осталось лишь немного поднажать. Никаких ложных надежд и рыцарских подвигов, как и договаривались. Плевать на её тонкую рубашку, сквозь которую просвечивается простенькое бельё. Плевать на то, что она забрала свои гладкие волосы в небрежный пучок на затылке, открыв для всех свою хрупкую шейку. Плевать на розовые ноготки, плевать на яркие губы и огромные зелёные глазищи.

Мне плевать на тебя, Лили Луна Поттер.

– Вы, девчонки, любите выдавать желаемое за действительное, – равнодушно протянул я, глядя на то, как увлажняются её глаза, как дрожит нижняя губа. Конечно, рыжая всё ещё была влюблена. И сейчас я веду себя как последний ублюдок. Тем лучше для неё. – Сама подумай, вокруг меня куча хорошеньких девчонок, начерта мне малолетка, которая к тому же и сестра моего лучшего друга? – я поставил локти на стол, немного сократив расстояние между нами. Лили всё так же сидела, не шелохнувшись. – Ни одна дырка, даже самая сладкая, не стоит крепкой мужской дружбы, слышишь, лисёнок? – мои пальцы осторожно пробежались по её щёчке, отчего малышка вздрогнула. – Тем более если она самая обыкновенная, такая как ты, – я убрал руку от её лица, чтобы не бороться с желанием продолжить ласкать её кожу. – Тебе пятнадцать, Лили, у тебя сиськи выросли только на прошлой неделе. Конечно, я стою и падаю, мечтаю с тобой переспать. Или ещё лучше: внезапно проникся к тебе чувствами. Тебе самой не смешно?

Похоже, ей не было.

Потому что ушла она в слезах, но с гордо выпрямленной спиной и со вздёрнутым подбородком.

А я смотрел в пустоту перед собой, сжимая подлокотники, чтобы ненароком не припустить за ней.

Чтобы пожалеть, успокоить, извиниться.

И целовать.

***

Лили Поттер целовала Вуда в губы прямо в коридоре около выхода из Большого зала. Там, где наибольшее количество человек могли их увидеть, чтобы сплетни обязательно дошли до меня, если бы мне не удалось это увидеть собственными глазами.