Но мне удалось, ещё как.

Я с мазохистским удовольствием не отрывал глаз от рук Вуда, который сжимал своими потными ладонями её талию, от языка Лили, которым она ловко орудовала в чужом рту, ну и от её совершенных пальцев, которыми она перебирала волосы этого мудака.

И, конечно, это показательное выступление было исключительно для меня: когда я вышел в коридор, завидев меня краем глаза, рыжая стала ещё более остервенело вылизывать рот Вуда.

Я улыбнулся, когда она посмотрела на меня. Увидел разочарование в её глазах и зашагал прочь от этого места.

Чего ты ожидала? Сцены ревности? Хотела доказать себе и всем вокруг, что я равнодушный ублюдок лишь снаружи? Ну уж нет, Поттер. Ещё не родился тот Малфой, что будет играть по твоим правилам.

Я отогнал прочь неосторожную мысль о том, что, будучи матерью моих детей, она таки произведёт на свет Малфоев, которым придется плясать под её дудку. Но об этом и речи не шло, естественно. Хоть мои принципы уже давали трещину.

А иногда вообще летели в пропасть.

***

Универсальный совет: встретьте свой запретный плод в пустом коридоре и готовьтесь быть изгнанными из рая.

– Промой рот с мылом, Поттер, этот гандон любит лизать девочкам между ног, ты не знала? – я хотел пройти мимо, правда, чертовски хотел.

– Пошёл к чёрту.

Я ухмыльнулся и поцокал языком, развернувшись на каблуках. Лили выглядела почти спокойной.

– Как-то ты осмелела с последнего нашего разговора. Где дрожащие губки? Что, не будешь выдавливать слёзы в этот раз?

На лице Лили появилась лёгкая улыбка, практически незаметная. Она покрепче схватилась за ручку своей школьной сумки.

– Выдавливать слёзы? Ты настоящий придурок, Малфой, если до сих пор не понял, что лицемерить не в моих правилах. Я не собиралась тебе признаваться тогда, и ты прекрасно знаешь, что тринадцатилетняя школьница вряд ли бы смогла обойти действие зелья, – заправила за ухо прядь волос, потёрла нос, поджала губы. Я не дышал. – Тогда, в библиотеке, я просто наивно надеялась хоть на намёк на взаимность. Я никогда не врала тебе о своих чувствах.

Я услышал страшный рёв до того, как понял, что это мой голос. Оглушающий. Страшный. Отражающийся от каменных стен древнего замка.

– Так какого хуя ты, дура, засовываешь свой язык всякой падали в рот? Какого хуя делаешь так, чтобы я это видел? Не лицемеришь, говоришь? Значит, Вуд тебе нравится? Ваш поцелуй был чертовски горячим, не могла же ты быть неискренней с ним? – чёртовы вспышки перед глазами, и вот уже передо мной затравленный взгляд и вжатый в стену затылок. Благо, я успел подставить руку, потому теперь сжимал в кулаке ее волосы. – А чего замолчала? Отвечай: нравится тебе Вуд? Насколько он хорош? Где ещё побывал его язык? Отвечай, чёрт возьми!

Лили глотала воздух, как рыба. Приоткрывала полные губы. Словно приглашала.

Невежливо отказываться от приглашений, друзья.

Я много раз представлял себе наш первый поцелуй, но в реальности всё было гораздо лучше. Ярче. Сочнее. Вкуснее. То ли чёртов блеск, который я слизывал с её губ, то ли сладкий язык: что именно сносило крышу, я не помнил. Помнил, как выцеловывал родинки на её шее и стонал куда-то в ключицы, интуитивно вжимаясь пахом в её сведённые вместе бёдра.

Её кожа плавилась под моими пальцами, и её дрожь была лучшим вознаграждением для меня. Как и то, что она бросила на пол школьную сумку и обвила мою шею руками, сдаваясь, позорно капитулируя, позволяя мне всё, что хотелось. Потому я лез под юбку, сжимал в ладонях округлые ягодицы, кусал подбородок. Лихорадочно, быстро, но так необходимо.

– Малфой, ты…

– Поттер, отвечай. Где. Ещё. Побывал. Его. Язык? – я скользнул ладонью в её трусики, и она выпучила глаза.

– Нигде, Скорпиус, я клянусь.

Моё жалящее имя было сладким леденцом на её языке.

– Лучше поклянись, что больше никогда не позволишь каким-то отбросам себя лапать, – она судорожно закивала головой, притягивая меня к себе. – Добилась своего, маленькая сучка? Надеюсь, ты очень довольна тем, что вывела меня из себя, потому что, знаешь, тебе исполняется шестнадцать через пару дней, и у тебя будет особенный подарок. Знаешь, какой? Твердый. Горячий. Внутри тебя. Тебе понравится, чёрт возьми.

Мне потребовалось не больше минуты, чтобы она задрожала в моих руках ещё сильнее от лёгкой стимуляции клитора. Ох уж эти неопытные малышки.

– Не так быстро, Малфой, – простонала Лили, стиснув зубы, глядя на меня сквозь опущенные ресницы. – Подождешь до моего совершеннолетия, если не хочешь проблем с Альбусом. Но ты не расстраивайся, в мастурбации нет ничего постыдного.

Только Поттер могла говорить, как редкостная сука, а потом тесно-тесно прижиматься и стискивать меня в объятиях, как любящая дочка своего отца.