Теперь я и сам услышал звуки приближающегося всадника.

— Ааз, ты уверен?

— Положись на меня, малыш. Нам не о чем с тобой беспокоится.

Но я все равно беспокоился. Всадник теперь появился в поле зрения. Это был высокий мускулистый мужчина, судя по виду, рыцарь. Это впечатление подкреплялось везшим его массивным единорогом, нагруженным доспехами и оружием.

— Эй, Ааз! А не стоит ли нам…

— Расслабься, малыш. Смотри сюда.

Он шагнул вперед, поднял руку.

— Здравствуй, незнакомец. Далеко ли отсюда до ближайшего города?

Рыцарь повернул своего единорога к нам. Он наполовину поднял руку в приветствии, а затем вдруг напрягся. Нагнувшись вперед, он прищурился, приглядываясь к Аазу, а затем в ужасе откинулся в седле.

— Клянусь богами! Демон!

Ужас парализовал рыцаря ненадолго. Фактически он вообще не парализовал его. Не успел он сделать свое открытие, как принялся действовать. Достаточно странно, действия его заключались в том, что он откинулся в седле и принялся лихорадочно шарить в одной из седельный сумок. Поза, в лучшем случае ненадежная.

Очевидно, не я один заметил неустойчивость его позы. Ааз с криком рванулся вперед, взмахнув руками перед мордой единорога. Единорог, будучи разумным животным, встал на дыбы и понес, свалив рыцаря на землю.

— Клянусь богами! — взревел тот, пытаясь выпутаться из неизящной кучи доспехов и оружия. — Я убивал людей и за меньшее! Я решил, что если требуется избежать его угрозы, то мне следует лично приложить руку к этому делу. Мысленно протянув руку, я схватил камень величиной с кулак и с силой запустил им в незащищенный лоб. Рыцарь рухнул, как зарезанный бычок.

Долгий миг мы с Аазом, переводя дыхание, разглядывали упавшего.

— Расслабься Скив! Это будет легко, Скив! Положись на меня, Скив! Ого, Ааз, когда ты можешь, ты не мелочишься, не правда ли?

— Заткнись, малыш!

Он снова шарил в своей сумке.

— Не хочу затыкаться. Я хочу знать, что случилось “верным” заклинанием, которому ты научил меня?

— Я в некотором роде и сам теряюсь в догадках. — Он снова вынул зеркало и вгляделся в него. — Вот что я тебе скажу. Проверь-ка его ауру и посмотри, нет ли чего необычного.

— Заткнись, малыш! — передразнил его я. — Проверь ауру, малыш! Тебе не кажется, что я был в некотором роде… Эй!

— Что такое?

— Его аура! Она своего рода красновато-желтая за исключением голубого пятна у него на груди.

— Я так и думал! — Ааз одним прыжком пересек поляну и склонился над лежащим, словно хищный зверь. — Посмотри-ка на это!

На шее рыцаря на ремешке висел грубый серебряный амулет, изображавший саламандру с одним глазом в центре лба.

— Что это?

— Я не уверен, но у меня есть одно предчувствие. А теперь подыграй мне в этом деле. Я хочу, чтобы ты снял формоисказительное заклинание.

— Какое заклинание?

— Брось, малыш. Очнись! Заклинание изменяющее мое лицо.

— Именно это-то я и имею в виду. Какое заклинание?

— Слушая, малыш! Ты не пререкайся. Просто сделай это. Он скоро очухается.

Я со вздохом закрыл глаза и занялся кажущейся бессмысленной задачей. На этот раз дело пошло легче. Я вообразил лицо Гаркина, затем расплавил черты до тех пор пока перед моим мысленным взором не предстало зло глядящее на меня лицо Ааза. Я открыл глаза и посмотрел на Ааза. Он выглядел как Ааз. Восхитительно.

— А теперь что?

Словно в ответ рыцарь застонал и сел. Он помотал головой, словно прочищая ее, и открыл глаза. Взгляд его упал на Ааза, после чего он моргнул, посмотрел опять, потянулся за мечом — только для того, чтобы обнаружить его пропажу. Ааз ведь не терял времени, пока я снимал заклинание.

Ааз заговорил первым.

— Расслабься, незнакомец. Дело обстоит не совсем так, как тебе кажется.

Рыцарь вскочил на ноги и принял боевую стойку, сжав кулаки.

— Берегись демон! — глухо провозгласил он. — Я не беззащитен!

— Да неужели? Назови пример. Но, как я уже сказал, расслабься. Прежде всего, я не демон.

— Знай же, демон, что этот амулет дает мне способность видеть насквозь любые заклинания и узреть тебя таким, какой ты есть на самом деле!

Так вот оно что! Моя уверенность стремительно вернулась ко мне.

— Друг, хоть ты можешь мне и не поверить, вид этого талисмана наполняет меня радостью, потому что дает возможность доказать то, что я собираюсь тебе рассказать.

— Не трать зря на меня своего вранья. Я проник сквозь твою личину! Ты — демон!