— Ты знаешь, что это такое? — уточнил он.

— Я заглянула внутрь, и там как будто бы другой мир. Или тот же, но выглядит он совсем по-другому. Я не знаю, — она пожала плечами.

Значит, все-таки... Рикгард задержал дыхание.

— Я что-то сделала не так? — спросила девица.

— Как ты заглянула в этот... другой мир?

— Хотите посмотреть?

Навстречу им из-за угла показались женщина и зареванный мальчишка. Рикгард покосился на них и взял девчонку за локоть.

— Пошли.

— Куда?

— Я знаю одно заведение недалеко отсюда… Тихое местечко, там нас никто не тронет и не услышит. Расскажешь там, — очень тихо сказал он, все косясь на прохожих. Посторонившись, он пропустил мать и сына, а потом снова впился глазами в девчонку.

Уж теперь ее отпускать нельзя. Ни за что.

Девчонка покорно кивнула, и Рикгард вдруг подивился, какая она выходила разная — то кроткая и послушная, как сейчас или этим утром, то наглая, хитрая, как минуту назад в полицейском участке. Какая она на самом деле? Сыграть она может любую, это ясно, но что же у нее внутри, на изнанке? Как к ней подступаться? И что она может сделать по его приказу?

Его «местечко» скрывалось в фабричном квартале, в одном из грязных подвалов под облупленной вывеской, названия на которой было уже и не разглядеть. В это заведение Рикгард когда-то ходил на встречи с торговцами слухами. Мрачноватые, подозрительные типы чаще всего оказывались мошенниками, но иногда среди них попадались и те, кто говорил правду. Наводки, добытые в этом омерзительном, но безопасном для темных личностей месте он ценил на вес золота. Когда-то давно он ловил аномалии и в Эмпориуме, слушая таких людей, как тот самый старик из мансарды, но теперь правдивых слухов не осталось, да и «информаторов» тоже. Лет пятнадцать назад такие торговцы невольно подарили ему одну за другой три звезды. Теперь они перевелись, а вот «местечко» все стояло.

Четыре удара в дверь и через секунду — еще три. Зеленая створка распахнулась на пол-ладони.

— Четырехглазый омар, — сказал Рикгард.

Девчонка даже не удивилась: видно, сразу поняла, что это пароль. Дверь распахнулась целиком. В темном коридоре было дымно и душно, и как только створка за их спинами захлопнулась, в помещении стало еще темнее и жарче. В конце прохода мутно тлела навесная красная лампа. В круге ее света виднелись тяжелые бархатные занавеси, которые закрывали проход в главный зал.

— Восьмую кабинку на полчаса, — попросил Рикгард. — И что-нибудь выпить. А молодой леди — горячий шоколад. Или какао?

Он глянул на девчонку, но та пожала плечами. А может, она вообще ничего не пьет и не может? Черт их разберет, этих омег. Но знать, что девчонка не человек, не должен никто.

— Шоколад сгодится, — кивнул он хозяину.

Сухой и узкий, как старая палка, человек неохотно кивнул. В полумраке красного коридора его морщинистое лицо казалось исполосованным шрамами.

Он провел их до конца узкого прохода, а оттуда — мимо затворенных ширм, к восьмой кабинке. Внутри их ждали два маленьких диванчика, плотно придвинутых к столу, на котором тлела такая же, как и в коридоре, круглая красная лампа.

Девчонка забралась на свой диванчик с ногами и принялась крутить фитиль лампы.

— Оставь лампу. Сломаешь — заставят платить как за три, — заметил Рикгард, садясь напротив. — Зачем ты это делаешь?

— Мне любопытно. Омеги должны изучать мир, — объяснила девчонка, усаживаясь ровно.

— А теперь рассказывай, — кивнул ей Рикгард. — Здесь безопасно. Мамонты, бандикуты, дронты — сюда никто не сунется. А лампу все-таки не трогай.

Она отдернула руку и озорно улыбнулась.

— Бандикуты и дронты вымерли, — сказала она тут же.

— И мамонты тоже. Ты не понимаешь шуток?

— Понимаю. Но забавным выдумкам я предпочитаю достоверную информацию.

Рикгард молчал, рассматривая омегу. В полумраке ее лицо казалось взрослее и серьезнее, но глаза светились хитро и насмешливо.

— Расскажи мне про аномалию, — попросил он нетерпеливо.

Она рассказала.

Девчонка и вправду держала в руках аномалию, она могла ее переносить, трогать ее и даже растягивать, словно резиновую. Она делала то, чего Рикгард просто не мог себе представить, и он бы ни за что ей не поверил — если бы не видел все это своими глазами.

Аномалии были бесплотны. Они были призраками старых Возмущений, разношерстными, разномастными, не похожими друг на друга, но в одном все-таки сходными: они состояли из вещества, точной картины о котором отдел Ликвидации не составил даже за многие годы. Но даже в неясной и довольно приблизительной характеристике значилось четко: плотность этого вещества равнялась плотности газа. А удержать в руке клочок газа — задача гиблая.