И сейчас как раз настал такой опасный момент.

Ошеломленный, обессилевший Бениаго Бэнр сидел в своей комнате, размышляя о резких переменах в своей жизни. Теперь Лускан принадлежал ему, и на него только что возложили прямую ответственность перед Домом Бэнр за любые неудачи!

«Интересно, как Джарлаксу удавалось выживать все эти годы, пока эти злобные ведьмы, жрицы, рыскали в окрестностях его владений», – подумал он. Джарлакс был искусен в обмане, возможно, он лучше всех, кого знал Бениаго, владел этим сложным искусством, но как одурачить жрицу, уж тем более Мать Дома, которая обладает магическими способностями угадывать ложь?

– Мне нужна повязка на глаз, – тихо, жалобно произнес верховный капитан.

Он попытался понять, почему Мать Квентл внезапно заинтересовалась Лусканом, Бреган Д’эрт, тем более отрядом Энтрери и заодно Дзиртом. Скорее всего, это имело какое-то отношение к Тиаго, поскольку Тиаго не делал тайны из своего желания выследить отступника и добыть его голову в качестве трофея.

Джарлакс приложил немало усилий, чтобы скрыть от Тиаго местонахождение Дзирта, – но ведь это было сделано по совету Громфа. Бениаго покачал головой. Он ничего не мог понять. Ясно одно: в правящих кругах Мензоберранзана происходили изменения, и теперь его двоюродная бабка Квентл обладала абсолютной властью. Громф вряд ли будет этому рад.

Бениаго обреченно вздохнул, потому что у него не было выбора. Теперь он отвечает за этот город, и вина за любые неприятности падет на него.

Однако когда он размышлял о своем двоюродном брате Тиаго, ему в голову пришла неприятная мысль. Он поднялся на вершины власти, но с одной оговоркой. Мать Квентл недвусмысленно дала ему понять: когда бы Тиаго ни появился в Лускане, Бениаго обязан беспрекословно выполнять все его приказания.

Он не питал большой любви к своему кузену. Проще говоря, Бениаго его ненавидел и знал, что это чувство взаимно.

День выдался крайне неудачный.

– Мать, – почтительно произнес Джарлакс, вскакивая с кресла и низко склоняясь, когда Квентл Бэнр неожиданно появилась рядом с Громфом в кабинете Джарлакса в подземельях Иллуска.

– Какой ты дипломат, – иронически произнесла Квентл.

– Я изумленный дипломат, – сказал Джарлакс, осмеливаясь выпрямиться. – Мать Мензоберранзана редко выходит за пределы города. По правде говоря, я потрясен тем, что ты явилась сюда, и еще более потрясен тем, что ты не привела с собой целую армию. – Он смолк и с любопытством посмотрел на женщину. – Ведь не привела?

Несмотря на мрачное выражение лица, Квентл рассмеялась.

– Мы уходим немедленно, – заявила она.

– Какая жалость! – воскликнул Джарлакс. – Прошу тебя, обещай, что еще навестишь меня.

– Мы, – повторила Квентл и сделала ударение на следующем слове, – трое уходим немедленно.

Джарлакс изумленно приподнял брови; он даже снял повязку, чтобы Мать Квентл разглядела потрясенное выражение его лица.

– В этом городе, Лускане, много проблем. У меня множество обязанностей, и я должен подготовиться…

– Дорогой братец, заткнись, – приказала Мать Квентл. – Дела этого жалкого городишки тебя больше не касаются. Тебя призывают обратно в Мензоберранзан.

Джарлакс начал было что-то отвечать, но едва ли не впервые в жизни не нашел, что сказать.

– Мензоберранзан? – переспросил предводитель наемников.

– Мне нужны воины. Бреган Д’эрт вполне сойдет.

– Для чего?

Рука Матери Квентл легла на рукоять плети, и пять змей немедленно ожили, зашевелились, высунули язычки и потянулись к Джарлаксу. Случилась какая-то неприятность, причем крупная неприятность, понял Джарлакс, и особенно тревожило его поведение сестры.

Его глупой, слабой сестры.

Он снова взглянул на Громфа, и архимаг ответил на этот вопросительный взгляд едва заметным, но совершенно недвусмысленным кивком. И Джарлакс, потрясенный до глубины души, понял: Квентл действительно способна избить его.

– Перенеси нас домой, архимаг, – приказала Мать Квентл.

Вечером того же дня Джарлакс расхаживал по коридорам Дома До’Урден в районе Мензоберранзана, известном как Западная Стена, руководя сотней простых наемников Бреган Д’эрт, которые очищали комплекс от последних бродяг и перекрывали все входы.

Он был рад тому, что его окружали толковые лейтенанты, которые занимались оборонительными сооружениями Дома, исследовали тайные коридоры и вообще готовили это место к тому, чтобы в нем снова можно было жить. Мыслями Джарлакс пребывал далеко от Дома До’Урден.

Он испытал некоторое облегчение, когда Громф в конце концов присоединился к нему в уединенном месте – комнатке, двери которой выходили в часовню Дома До’Урден.

– Каким образом? Кто? – прямо спросил он; оба вопроса относились к странному могущественному существу, которое явно в настоящее время обитало в теле Квентл.