– Не жжёт?

– Терпимо.

– Может… нужно ещё что? Остаться с тобой?

– Ненужно. – Джа вытянула руку из-под головы и дотянулась до ладони Джексона, пожав её. – Спасибо ещё раз. Дальше я со всем справлюсь.

– Выздоравливай! В смысле… ну… заживай, - хохотнул младший сын Дзи-си и встал. Не хотелось, но пора уходить.

Пробуждение наступило раньше обычного во всём особняке, а ранний подъём начался локально, инспирированный появлением третьего сына Синьцзянского Льва. Сандо дёрнулся, когда ещё сквозь сон услышал гулкие шаги в отдалении, но когда задёргалась ручка двери, он уже был в сознании и поднимался.

– Ники! Ники! – пробасил по ту сторону голос её родного старшего брата. Николь тоже стала просыпаться, пытаясь понять, что происходит. – Наёмник, открой! – обратился уже к Сандо напрямую бывший вольный брат. Он и без наглядных подтверждений понял, что сестра в спальне не одна.

Золотой поспешил к двери, пока девушка только тёрла глаза. Открыл защёлку и, как только дверь приоткрылась, из-за неё его схватил кулак, утянувший в коридор. Сандо стукнулся затылком о стену, прижатый крепкой рукой за шею. На горле сомкнулись стальные пальцы, разве что не вырвавшие кадык. Прямо перед ним, с огненными глазами, но холодным лицом, стоял Николас Тсе.

– Доигрался, любовничек? – отчеканил воин и приблизил свои губы, чтобы говорить тише и быть услышанным. – Кто это сделал?

– Я не знаю, но обязательно выясню, - хрипло изрёк Сандо, стараясь не терять голоса от того, что сжата шея.

– А, может, это ты? А? – Одна бровь Николаса приподнялась вверх, и золотой увидел не шутку в этом предположении, а готовность верить в виновность наёмника.

– Я отдал ей своё противоядие. Тебе это скажут все здесь. – Сандо даже не думал вцепиться в руку Николаса и попытаться отвести её. Он почему-то был уверен, что тот его не убьёт сейчас, а напрасно пихаться и упираться смысла нет. Лучше поберечь силы на будущее.

– Я это слышал, не волнуйся. Но мне ли не знать, какие мастера чойчжоны в ядах. Мне ли не знать, что они могли одарить тебя какой-то тайной миссией, чтобы убить двух зайцев сразу. Тебя подослали, чтобы добить меня?

– Нет, я здесь только затем, чтобы охранять Дами. – Предположения Николаса ложились бальзамом на душу Сандо. Если Николас в состоянии обвинить его в отравлении, подозревает какой-то заговор, то Николь вряд ли травилась сама по его заданию. Или Тсе такой великолепный актёр?

– Как мне убедиться в этом? Как мне поверить, что ты не пытался использовать Ники, чтобы досадить мне? Или подобраться ко мне ближе.

– Ты сам видел, не я это всё начал. – Николас прищурился, остужая свой пыл. В переживании за сестру, как и предполагалось, он готов был просто приехать, всех убить, сжечь дворец, забрать Николь и уехать подальше. Всем сильно повезло, что он более-менее держит себя в руках, и разбирается поэтапно. Что вообще пытается разбираться. – Я бы никогда не посмотрел на Николь первым. Прости за обидные слова о твоей сестре, но она была совсем не в моём вкусе, и только её поведение привлекло моё внимание.

– И изменило вкусы?

– Я перестал смотреть на внешность. Ники понравилась мне другим…

– Изнутри? И ты решил выжечь ядом всё, что тебе понравилось, чтобы избавиться от зависимости? А потом испугался, что я пойму, что это ты, и скорее её спас?

– Ты сам веришь в то, что я мог испугаться? – Николас поджал губы и, проведя минуту в молчании, отпустил Сандо. Тот потёр шею, но от стены не отошёл. – Отбрось эмоции, и подумай сам, мог ли это быть я?

– Это мог быть кто угодно, наёмник! Видно, ты ещё не так хорошо знаешь этот мир, как хочешь показать.

– Тогда приглядись к Эдисону, который сложил чемоданы сразу после произошедшего.

– Это я тоже уже знаю. – Николас упер руки в бока и, успокоив нервы, с выражением осмысленным и даже мудрым, начал говорить спокойно: - Я найду его, не сомневайся, и ему придётся ответить за своё поведение. Я знаю, что он мог сделать это, но знаю и то, что Эдисон слишком умен для такой очевидной подставы самого себя.

– Разве что на это он и рассчитывал? Что все посчитают это глупым для такого умного парня.

– Ты прав. Я и сам об этом думал. – Николас снова посмотрел на Сандо. – Но неужели ты не понимаешь, что сильнее, чем Эдисон, меня ненавидит Утёс богов? Я единственный бывший наёмник. Живой. И, поверь, старейшины срут кровью и ссутся кипятком от того, что ничего не меняется. Яды – оружие чойчжонов, я не могу выбросить это из головы. Они знают, что меня не побороть силой, они наверняка знают о результатах наших с тобой разминок, что ты, первый нынче наёмник, проигрываешь мне. Как им ещё действовать? Как им ещё сломать меня?