– Я больше не пою эту песню, - ровным тоном ответила Франческа.

– Жалко,- огорчилась Нимфадора, - а какую-нибудь еще?

– Ладно, - вздохнула Франческа и снова опустила пальцы на клавиши.
– Спою новую.

Простые истины. Ни чудес нет, ни волшебства.

И я не знаю, зачем я еще жива.

Рыдаю с ветрами в унисон, да на голоса.

Слезами сердце, душа молитвами к небесам.

Вы летите за ним ветра,

Но не бейте его окон.

Я не знаю, кто был неправ-

Может я, может он.

Вы не плачьте о нем, дожди,

Не гасите его огня.

Не хватает сил отпустить-

Он не любит меня.

Разлука, реквием - все ушло,

Улетай мечта.

Ведь небо все за меня решило,

и будет так.

Простые истины, ни чудес нет, ни волшебства.

И я не знаю, как без него я могу дышать.

Вы летите за ним ветра...

Франческа закончила петь и, почувствовав чей-то взгляд, обернулась. В дверях стоял Снейп. Он смотрел на Франческу странным неподвижным взглядом. Девушка побледнела - она не ожидала, что он придет сюда. О господи, он это услышал! Франческе очень захотелось иметь под рукой портал, чтобы провалиться куда-нибудь - все равно куда, хоть в кабинет Амбридж!

– -О, здравствуйте, Северус!
– радушно вскричал Дамблдор, нарушая воцарившееся молчание.
– Проходите, выпейте с нами чаю.

– Благодарю, мне некогда, - сухо ответил тот.

– Жаль! Кстати, как вам новая песня мисс Фицжеральд?

– Великолепно! Мисс Фицжеральд чрезвычайно талантлива. Вероятно, скоро мы услышим ее на радио?
– насмешливо спросил он у девушки.

– Я не собираюсь отдавать ее на радио, - не поднимая глаз, тихо ответила Франческа.

– Почему?
– удивилась Тонкс.
– Отличная песня, только грустная. А она о ком?

– Ни о ком, - сквозь зубы сказала Франческа.- Просто песня. Ничего личного.

Снейп хрипло засмеялся:

– Ну да, как обычно. Блэк, вы позволите мисс Фицжеральд остаться в вашем доме до четверга?

Сириус молча кивнул.

– В четверг вечером на станцию Кинг Кросс прибудет Хогвартс-экспресс. Ваши вещи, мисс Фицжеральд, будут там - в последнем вагоне. Люпин, я могу попросить вас сопроводить мисс Фицжеральд на вокзал?

– Да, конечно, - кивнул Люпин.

– Благодарю вас.

Снейп слегка поклонился и повернулся, собираясь уйти.

– Скажите, Северус, - догнал его на пороге голос Дамблдора, - а зачем вы это сделали?

Снейп замер.

– Сделал что?

– Зачем вы спасли мисс Фицжеральд от наказания?

Снейп вздохнул, развернулся и, медленно подойдя к столу, сел лицом к Дамблдору.

Тот, ласково улыбаясь, налил в чашку чай и протянул ее Снейпу.

– Возможно, я, как честный человек, - невозмутимо сказал тот, глядя в глаза Дамблдору,- должен буду жениться на мисс Фицжеральд. А зачем мне покалеченная жена?

Рука Дамблдора, держащая чашку, чуть заметно дрогнула, и несколько капель пролилось на скатерть. Дамблдор напряженно смотрел в лицо Снейпа и молчал.

– С какой это стати ты собрался на ней жениться, - презрительно фыркнул Блэк.- Она же не сумасшедшая, чтобы выходить за тебя.

– Ну, это спорный вопрос, - усмехнулся Снейп.
– А, вообще, я могу проиграть пари.

Дамблдор облегченно выдохнул и поставил, наконец, чашку на стол.

– А вы сейчас о чем подумали, директор?
– тоже ласково улыбаясь, спросил Снейп. Он откровенно наслаждался произведенным эффектом.

– Я подумал, Северус, - с досадой сказал Дамблдор, - что такая красивая девушка как мисс Фицжеральд, способна вскружить голову даже очень хладнокровному мужчине.

– Неужели?
– усмехнулся Снейп.

– Какое еще пари?- с недоумением спросил Сириус.

– В прошлом году мисс Фицжеральд предложила мне пари - если до окончания школы она не разлюбит меня, то я должен буду на ней жениться.

Дамблдор захохотал.

– Как же вы могли заключить такое безнадежное пари?
– мстительно спросил он, отыгрываясь за недавний испуг.

– Может у меня еще есть шанс, - угрюмо буркнул Снейп.

– Ни малейшего, Северус, - Дамблдор откровенно веселился, не обращая внимания на помрачневшую физиономию профессора зельеварения.
– Фактически, вы уже проиграли.

– Да о чем вы говорите?!
– Блэк продолжал недоумевать.
– Тебе, Снейп, что - померещилось, что эта девушка тебя любит?

– Да, Блэк, последние три года меня посещают подобные галлюцинации.

– Да ладно!
– ахнула Тонкс.
– А... давно ты его любишь?