– Вот видишь, я же говорил, что помню ее еще давно, - подтвердил Захар.

– Ну я надеюсь, что мы уже все обсудили, больше говорить не о чем, - сказал Тимофей, - Анне нигде не служить, а домохозяйке или учительнице иметь судимость допустимо.

Когда Захар вернулся в зал, Тимофей сказал Анне:

– Да не переживай ты так, тебе же действительно, нигде не служить. Ну подумаешь, посмотрела Россию из-за колючей проволоки, свои грехи на сто раз искупила, если кто что будет говорить – так и отвечай.

– Тима, ну ты же сам меня не спрашивал, не судимая ли я, а я что-то не сказала, - ответила Анна, - Ну если правда я политических не люблю, на этот вопрос я честно ответила, а остальное ты не спрашивал.

– Да ладно, что поделать, мы же не знакомы толком были до свадьбы, - сказал Тимофей, - Я сам сказал, что у нас вся жизнь впереди, чтобы узнать друг друга лучше.

– Да больше и узнавать нечего, - сказала Анна, - Детей внебрачных у меня нет, чего-то другого – тоже. У тебя, надеюсь, тоже нет ничего такого за спиной.

– Да, у меня ничего такого за спиной нет, - подтвердил Тимофей, - Успокаивайся как-нибудь, умывайся, да пойдем обратно в залу. Не уходить же теперь с приема из-за таких новостей.

Анна быстро умылась, постаралась успокоиться и супруги снова вернулись в зал.

========== Первые трудности ==========

Через несколько дней после приема, Анна с мужем сходили в магазин готовых платьев и, все-таки, купили такое платье, которое бы больше подходило замужней женщине.

– Через несколько дней еще в одно место надо будет сходить, теперь ты точно будешь выглядеть просто чудесно, - сказал Тимофей жене.

– Слушай, а зачем мне ходить на все эти приемы, разве это обязательно? – удивилась Анна.

– Не сказать, чтобы обязательно, но лучше ходить, - ответил Тимофей, - Положено так, да и что, разве тебе больше хочется дома одной сидеть, пока муж развлекается?

– Неинтересно мне там, - сказала Анна, - Ладно, пока похожу с тобой, а там видно будет.

Этот прием тоже был не слишком интересным для Анны. Девушка послонялась по залу и решила, что она больше на такие мероприятия ходить не будет. Да, дома сидеть одной скучно, но тут – ничуть не лучше.

Вдруг вдалеке Анна заметила одно синее платье, и лицо, которое помнила еще с каторги.

– Политическая проклятая! – крикнула Анна, заметив Степаниду.

Тимофей, который был в другом конце зала, увидел, что Анна буквально накинулась на Степаниду и началась драка. Молодой человек сразу бросился разнимать дерущихся, но у него это не получилось.

– Политическая проклятая, такие, как ты, жизнь мне чуть было не испортили!

– Ты сама агитацией занялась, а я у тебя виновата.

– Мало того, что тебе с приговором в свое время повезло, всего червонец получила за терроризм, так еще и освободиться досрочно умудрилась! – сказала Анна, которая была в полном шоке – девушка только что узнала, что Степанида, которая была осуждена примерно в то же время, что и Анна, умудрилась освободиться с Карийской каторги всего через пять лет.

«Я свои года от звонка до звонка отсидела, а она через пять лет освободиться умудрилась!» - в душе бушевала Анна.

– Ты чего на меня накинулась? – возмущалась Степанида, - Сама политическая, а чем-то недовольна. А я, между прочим, сюда идти не слишком хотела, меня муж сюда привел, которому приглашение пришло. И вообще, не бушевала бы ты на каторге так, как здесь, освободилась бы тоже быстро, а не через три года. Радуйся, что через три года вышла, а не осталась там на более длительное время!

– Ты замужем? – удивилась Анна, - Вот повезло тебе, идиотке, такую шалаву кто-то замуж взял!

– Можно подумать, ты невиннее младенца!

– Я, вообще-то, девицей замуж выходила, в отличие от некоторых. И на каторге никому ничего не позволяла, а кто-то за те три месяца, которые я провела на Карийских рудниках, постоянно с жандармами за угол отлучался, а потом послабления в режиме имел.

– А тебе не все ли равно, сколько у меня мужчин было? – все так же толкаясь, говорила Степанида, - Какая ты вообще жена военного, раз судимая?

– Обыкновенная, - ответила Анна.

Перебранка продолжалась еще долго. Тимофей в полном шоке наблюдал за этим, как вдруг девушек разнял кто-то из полиции.