А после ужина, на протяжении которого Забава смущенно молчала, отвечая на вопросы короткими фразами, Антонина Макаровна под благовидным предлогом увела девушку с собой на кухню. Дамы перемыли посуду и принялись готовить чай.

— У нас с Сережей всяко бывало, — вдруг произнесла мама Поликарпа, — До свадьбы мы даже не разговаривали друг с другом, хотя и работали вместе.

— Вы тоже в полиции служили? — удивилась Забава, перетирая вымытые тарелки сухим полотенцем.

— Да, следователем в отделе под руководством Соколова, — кивнула женщина, поправила очки и улыбнулась девушке, — Меня его родня не очень жаловала. Да и сейчас, скажу честно, мы с братом Сережи не ладим.

— А Лена и Любомир? — удивилась Забава.

А женщина отметила, что девчонка уже и не смущается почти, отвлеченная хлопотами на кухне и разговором.

— Они выросли у нас, — улыбнулась Антонина Макаровна, — Ребята всегда были в тягость Александру и Зое. А я сорванцов полюбила, как родных. Сергей и подавно. Они вон как на него похожи, и не отличишь. Да и Мирка наш по стопам Сергея пошел.

Две дамы уютно болтали, занятые делом и беседой обо всем. А к дверям кухни тихо подошел Поликарп и остановился, слушая женские разговоры. Стоял, прислонившись плечом к стене, лениво наблюдал за двумя женщинами и улыбался.

— Антонина Макаровна, — вежливо поинтересовалась девушка, — Можно уже чашки относить в гостиную?

— Неси, девочка, — улыбнулась Соколова-старшая, — Знаешь, вот это «Антонина Макаровна» мне, ой, как не нравится. А «тетя Тоня» вообще не солидно. К тому же, вижу, как Карпушка на тебя смотрит, так что, не ровен час, и будешь звать меня ма…

— Мам, чем вам помочь? — решил вторгнуться в женское пространство Поликарп.

Выразительно глядя на мать, перехватил блюдца из ее рук. В ответ получил материнскую ласковую улыбку и легкий любящий подзатыльник.

— Мама молчит, — прокомментировала Соколова и, прихватив торт со стола, отправилась к мужу, который уже громким зычным голосом интересовался, будут ли поить его чаем в этом доме.

— Я пойду? — в который раз прошептала Забава.

Черный Мустанг припарковался у ворот дома Поликарповых. Родители Забавы остались на ночь у друзей в соседнем городке, дом пустовал, но Соколов, несмотря на приглашение, входить категорически отказался. Не доверял он себе с недавних пор. А переспать с девочкой, любимой и безумно желанной, он пока не собирался. Интуитивно чувствовал, что рано.

— Еще минутку, — вздохнул парень.

Молодые люди стояли около машины, обнявшись. Соколов опирался о капот, удерживая своего Василька руками, поглаживая по плечам, спине, затылку. А Забава обнимала парня за талию, пряча нос в изгибе шеи, вдыхая запах мужского парфюма и чуть щекоча носом горячую неприкрытую одеждой кожу.

— Завтра в «Рокировку» поеду, — тихо говорил Поликарп, наслаждаясь тем, как уютно и правильно уместилась Забава в его руках, — Заберу тебя после занятий? Мне поработать там нужно, а потом вместе потусим там.

— Давай, — согласилась Забава, чуть прикрывая глаза.

Девочка за последний час, что они с Соколовым стояли и прощались около ее дома, окончательно осмелела. Чему Поликарп был только рад. Забава водила по шее и плечу парня носом, пряча улыбку. А иногда, и Соколов это весьма остро чувствовал, оставляла легкие, почти невесомые касания губ.

— Альбина о тебе спрашивала, — голос Поликарпа звучал капельку хрипло, — Утром обрадую ее, скажу, что приедем вдвоем.

— Боюсь, моя печень не вынесет радости Альбины, — вздохнула Поликарпова.

Соколов только рассмеялся. Вздохнув, чуть отодвинул девчонку от себя, чтобы взглянуть в ее хорошенькое личико. Хотел сказать, что уже действительно пора разбегаться по домам, ведь утром на работу и на учебу. Хотел оставить легкий поцелуй на нежных розовых, чуть припухших от долгого прощания, губах. Но не смог. Так и застыл, любуясь ярко-синими океанами, в которых он окончательно и бесповоротно утонул.

— Василек, — тихо шепнул Соколов, — Поехали ко мне.

Секунду девушка молчала. Как и сам Соколов. А потом, шумно выдохнув сквозь зубы, парень зарылся лицом в растрепанные жадной рукой волосы.

— Нет, не соглашайся, — попросил он, — Я поеду. А завтра заберу тебя после занятий. Договорились?

— Договорились, — вздохнула девушка.

Спустя пролетевший будто минута час, Забава все-таки смогла покинуть Соколова. Идя по дорожке к дому, девушка на каждом шагу оглядывалась. Словно и она не могла с ним расстаться. А парень смотрел своей девчонке вслед, улыбаясь, сжимая руки в кулаки, уговаривая себя и приводя кучу доводов, почему ему не следует сейчас срываться с места, и либо утащить Забаву в ее спальню, либо увезти ее в свой дом, который он никак не достроит, но в котором первый этаж уже пригоден к проживанию.