От глубоких размышлений и задумчивости его отвлекло легкое прикосновение Олиной руки. Дима рассеяно посмотрела на девушку, обернувшись к ней лицом и молчал, не зная что сказать и вообще туго соображая.

 - Это Женя? – тихо спросила Ольга, притискивая к груди платье и скрывая наготу, сейчас кажущуюся как никогда прежде неуместной.

 - Да. Женя, - выдохнул Дима.

Еще раз вслух произнесенное имя будто давало ему шанс увериться, что все по-настоящему. Что он не в бреду сейчас находится.

 - Ты не должен к ней ехать, - сверкая гневными глазами, решительно и твердо произнесла Ольга. – Не должен! Не можешь! Не обязан! Ты оставил ее в прошлом!

Она была в отчаянии и готова была здесь и сейчас уверить Диму в том, что он совершит ошибку, если кинется сейчас к Жене. Готова была доказывать и топать ногами.

 - Зачем она появилась снова в твоей жизни? Зачем хочет снова испортить ее? Не ходи к ней! Ты только все испортишь! Все то, что пережил и чего добился! Ты ведь уже почти пришел в порядок, привел свою жизнь в норму! И снова она! Ты же должен понимать это! Осознавать, что нельзя тебе к ней!

Дима смотрела на горячо рассуждающую Олю, и словно не видел ее перед собой. Ее слова не долетали до его слуха и разума. Ему пришлось сделать усилие, чтобы понять, о чем идет речь.

 - Неужели ты не понимаешь, что если она снова появится в твоей жизни, все станет как прежде? Ты снова будешь страдать! Снова будешь как раньше мучиться!

 - Как раньше уже не будет, - тихо ответил мужчина, глядя на расстроенную Ольгу. – Женя беременна. И она сейчас в больнице рожает.

Оля в ступоре замерла, неверяще качая головой, широко распахнув глаза и отказываясь понимать и принимать услышанное. Эта новость меняла все кардинально! Абсолютно и безвозвратно! Это слово – беременна – разрушило все то, что она строила и делала в последние полгода. Все до последнего кирпичика.

 - И это мой ребенок, - добавил Дима, видя, что Оля уже готова предъявить этот аргумент. – Не может быть не моим.

Девушка посмотрела вслед метнувшемуся в спальню за вещами Диме и окончательно уверилась, что пришел конец всем ее мечтам и желаниям. Что закончилось ее счастье, так и не успев начаться. Она ведь даже не прочувствовала все, чего так хотела. Дима был заперт в себе, в своих переживаниях, а она просто ждала момента, когда это все прекратиться. Ждала, что тогда она получит сполна за свое терпение, ожидание, стремления. И вот что в итоге – ничего!

Размазывая слезы по щекам, Оля пошла за Димой.

 - Ты не можешь так просто уехать! – решительно заявила девушка, стоя на пороге спальни и глядя на одевающегося мужчину. – Не можешь бросить меня! Мы с тобой – пара! Почти семья! Нельзя так просто перечеркнуть то, что есть между нами. То, что я с таким трудом построила, создала!

Она почти кричала, а он был абсолютно спокоен, когда поднял на нее взгляд.

 - Вот именно – ты, - тихо произнес Дима. – Не мы, а только ты.

Он знал, то не должен вот так запросто уезжать сейчас. Понимал, что нужно поговорить, все выяснить и обсудить. Но не сейчас. Сейчас Женя в нем нуждается гораздо больше, чем кто бы то ни был еще. А с Ольгой он поговорит потом, о чем он ей и сказал, выходя из квартиры.

 - Я вернусь, и мы все обсудим.

 - Да нечего уже будет обсуждать! Нечего! – сорвалась на крик и плач девушка, цепляясь за стену, чтобы устоять на подкашивающихся ногах.

Дима только губы поджал и торопливо сбежал по ступенькам вниз. Он знал, как это все выглядит, как мерзко и ужасно. Но не думал сейчас об этом. Другие вопросы тревожили его гораздо больше. Что с Женей? Как она? Почему оказалась в совершенно другом городе, в паре сотен километров от дома? Как она жила все это время? Почему не связалась с ним, когда узнала, что беременна? Почему не позвонила хотя бы?!

Этими и еще сотней других вопросов Дима терзал себя, пока ехал в соседний регион остаток ночи. Он гнал на пределе допустимой скорости, боялся опоздать и горел желанием как можно скорее увидеть и поговорить с Женей. Но приехал лишь к утру. Быстро сориентировался в городе, нашел больницу, нужный корпус и отделение. В голове до сих пор не помещала мысль о том, что Женя сейчас рожает. Возможно, уже родила. Его ребенка! Это его сын или дочка! Его малютка! Их!!! И такая эйфории, такой восторг поднялся в сердце и в душе от одной только мысли об этом, что невольно на губах расцвела невероятная для него в последнее время счастливая улыбка. Глаза засветились так, как никогда в последние полгода. Все внутри бурлило от восторга и воодушевления. Мигом вернулись все стремления и мечты, заскользил перед глазами целый список планов и дел. Было такое ощущение, что он резко очнулся от коматозного сна, и даже голова начала болеть от того, как резко ее заполонили мысли и чувства. А он ведь не спал всю ночь: сначала вечер с Ольгой, потом дорога. Он устал немного, но был так счастлив, что готов был закрыть глаза на любое неудобство.

В родильном отделении он с трудом добился ответов на свои вопросы, и только через час ему сказали то, что он хотел услышать.

 - Девушка поступила к нам поздно вечером. Судя по всему, она просто прогуливалась вечером, ей стало плохо, и она потеряла сознание. Прохожие вызвали скорую и ее привезли сюда. При ней был только телефон, а в нем всего пара контактов. Вы первый, кто откликнулся, - объяснял врач, принявший Женю в отделение.

 - Что с ней? Она в порядке сейчас?

 - У девушки начались преждевременные роды. Она еще только на восьмом месяце, и УЗИ показало девочку, поэтому мы рискнули и сделали кесарево. Ребенок в порядке. А вот мамочка так и не пришла в сознание до наркоза. Сейчас она спит после операции, и просыпаться ей еще рано. Вам придется подождать. Или можете пока привезти ее вещи и документы.