Меня они заметили уже, когда до них оставалось около тридцати метров, развернулись и уставились на меня, будто баран на новые ворота, дав возможность спокойно сократить это расстояние вдвое.

Несмотря на то, что внешне я был абсолютно спокоен, внутри меня трясло. То ли от холода и сырости, то ли от волнения. Очень хотелось курить, казалось, что ещё чуть-чуть и губы сами собой сложатся в трубочку.

– Эй, ты кто такой?
– спросил Гамбини.

– Да я же тебя знаю, - вторил ему подозрительно знакомый голос.

Вместо ответа я вскинул руку и стал размеренно жать на спусковой крючок. Три пули в грудь Гамбини, слегка повернуться, поймать на мушку бросившегося в сторону предателя и высадить оставшиеся в барабане патроны ему в спину.

Хорошо с револьверами, гильзы подбирать не надо: ссыпал их себе в карман, да набивай новые патроны в барабан. А я и перезаряжаться не собирался, прямо так спрятал ствол в карман пальто и двинулся к валяющимся на земле телам.

Оба ублюдка были мертвы. Я аккуратно обыскал тело Гамбини, но взял только длинный и узкий ключ, который, очевидно, должен был открывать сейфовый замок и комплект ключей от дома. А, когда подошёл к трупу стукача, очень сильно удивился.

– Красавчик Ллойд, а я-то думал, что знаю тебя, - пробормотал я, наконец, разглядев, что за дичь попалась ко мне на мушку.

– Ты знаешь его?
– спросил Джонни. Я обернулся, и увидел, что мой напарник уже успел подогнать машину к воротам парка и даже не стал глушить двигатель, как, впрочем, и зажигать фары.

– Проворачивали вместе пару дел, - ответил я.
– Домушник от бога, любой замок взламывал. Но я не думал, что ссучится. Ладно, хватай его за ноги, я за руки и потащили.

– А кровь?

– А хрен с ней, дождь смоет, - я бросил последний взгляд на труп Гамбини и решил, что подкладывать конверт, который мне дал Генри, нет смысла.

Зачем пытаться фабриковать улики, если ты можешь найти настоящие. А так я немного улучшу его план, только ФБР отвлекутся не на расследование убийств, а на чистку своих рядов от прихвостней других банд.

Мы схватили труп стукача Ллойда и потащили его к машине. Джо, увидев, что мы идём в его сторону, вышел из тачки и открыл багажник, куда тело и отправилось. Через минуту мы уже гнали в сторону района Тотти. Подкинуть труп мы планировали именно там, не хотелось, чтобы у нас в квартале тусовались полицейские и расспрашивали всех подряд почем зря.

Джонни задумчиво смотрел в окно. Я включил радио, поймал волну, на которой передавали концерт Peggy Lee, откинулся на сиденьи, и, наконец, позволил себе закурить.

– О чем думаешь?
– спросил я у Джонни, выпустив дым изо рта.

– О том, что назад пути уже нет. И, походу, прежней жизни мне уже не видать.

– Не боись, на темной стороне веселее, - подбодрил его Джо.

– И печеньки у нас тоже есть, - согласился я.
– Все нормально будет. Ты перед законом чист - это главное. У вас в рядах чистка начнется, не то, что на одну ступень, сразу на три поднимешься. Нам же лучше, кстати, чем выше ты, тем больше мы знаем.

– Чувствую, будто меня использовали, - по-прежнему недовольно ответил парень.

– Да нас всех используют, не парься.

– Никто не умрет девственником, жизнь всех поимеет, - заметил Джо, свернул в один из многочисленных дворов-колодцев и остановил машину.
– Приехали. Вылетаем.

Мы с Джонни выбрались наружу, открыли багажник и вывалили на землю труп Ллойда. Естественно, никто не собирался оставлять на трупе ни канареек, ни крыс, не бегать же нам сейчас и не искать их. Просто бросили тело валяться в грязи, загрузились обратно в тачку и поехали прочь.

Мы проехали два квартала, когда Джо резко припарковал машину на обочине и сказал, что ему пора выходить из игры. Мы попрощались, я усадил Джонни за руль и попросил отвезти нас к дому покойного Гамбини. Он безропотно повел тачку.

Как оказалось, жил агент достаточно далеко, и в престижном районе города - Вудроке, который представлял собой даже не типичную одноэтажную Америку шестидесятых годов, а полузакрытое сообщество толстосумов, которые жили на виллах. Может быть, когда-нибудь и я смогу позволить себе такое, но это будет очень глупо, потому что на деньги, которые придется отвалить за домик можно очень неплохо жить в реале. На протяжении примерно полугода.

Дом Гамбини на фоне остальных смотрелся достаточно скромно: одноэтажный, с симпатичным крыльцом, американским флагом на флагштоке, сейчас приспущенным, и газоном, который размыло ливнем. Джонни припарковал машину прямо перед гравийной дорожкой, ведущей к крыльцу, и заглушил двигатель.

– Что дальше?
– спросил парень.

– Идем внутрь, - ответил я, доставая из кармана связку ключей.
– Ты покажешь, где сейф?

– Да, он в кабинете, замаскирован под тумбу. Я видел как босс, его открывает.