Дверь, которую в мою прошлою жизнь запирали на массивный тяжелый кованный засов, теперь легко открывалась электронным ключом. И расходилась в стороны. На две половинки. Принцип действия, как его там?... Тепловизор, вот! Чудеса техники.

Я бы оставил как было.

А ещё я бы никогда сюда не приходил. Если бы не Синтия.

Она ждала меня на открытой галерее, огибающей дом почти со всех сторон, за исключением парадного входа.

В сегодняшнем наряде сестрица выглядела непривычно глазу. Чужой и, отчего-то, грустной.

При виде Синтии вся моя злость куда-то испарилась. Осталась грусть. Осенняя такая, с горчинкой прогорающих в огне листьев – ранней весной такой грусти в сердце не место.

При виде меня Синтия оживилась, хоть и несколько наигранно.

– Привет, – кивнула она.

Первая! Для Синтии сиё не характерно. Она всегда ждала, когда я сделаю первый шаг к ней навстречу, а она в ответ снизойдёт.

– Привет, – откликнулся я, становясь рядом, облокотившись на перила и устремляя взгляд в обнажённый, безлиственный парк – Ты хотела меня видеть. Как я понял, дело срочное?

Синтия пожала плечами, улыбнувшись:

– Может, я просто захотела тебя увидеть? Соскучилась?

– Тогда всё ещё хуже.

– Почему?

– Потому что ты никогда не хочешь «просто видеть». Если уж тебе пришла охота разыгрывать сестринскую привязанность, значит, задуманная тобой каверза особенно крупных размеров.

– Ты ошибаешься, – вздохнула она.

– В чём?

– Я не задумывала каверзы. Вообще не думала ни о чём плохом. Ты совсем не веришь в нас?

– Верю – в нас? – удивился я. – Не совсем понимаю, о чём ты вообще?

– Потому что не хочешь понимать! – с досады прикусила она губу. – Я хочу вернуть то, что мы потеряли: тебя, себя, Альберта. Всегда хотела только этого. Всё, что я делала, всё, к чему стремилась…

– Как ты намерена вернуть то, что мертво?

– Тебя же я вернула! – упрямо тряхнула головой она.

– Синтия, – в моём голосе прорезалась усталость, – давай перейдём сразу к делу. Зачем я здесь?

– Я нашла способ, как вернуть Ральфа! Нет, подожди, не делай такого лица! Это будет даже проще, чем с тобой. Во всяком случае, быстрее. Мне не придётся ждать годами, восстанавливая тело из клеток…

Я поморщился. Разговоры о технической стороне процесса были мне неприятны. И это ещё мягко говоря. Для себя я в одно мгновение закрыл глаза, в другое открыл. Всё! А что было между этими двумя точками во времени я и думать не хотел.

– Что мешало тебе поступить так, как хочешь теперь, раньше?

– В прошлом были несколько иные обстоятельства. Я была одна. Теперь же у меня появится помощница!

– Ты о чём?

– Доброе утро, – раздалось за нашими спинами.

Опа! Вот и помощница?

Я предполагал, что в доме мы одни. Неожиданно услышав чужой голос, невольно нервно вздрогнул.

– Видишь? Хрустальный Дом понемногу оживает? – засмеялась Синтия.

– Сандра? – всё сильнее хмурился я.

Никогда не любил сюрпризов, даже если кто-то полагал, что они приятные.

– Что ты здесь делаешь? – спросил я первое, что пришло в голову. – Это о ней ты говорила? – гневно обернулся я к Синтии. – Она – твоя помощница?

Сестра в ответ скрестила руки на груди:

– Имеешь что-то против?

– Вообще-то, да. Имею. Какого чёрта ты ввязываешь в наши дела посторонних людей?

– Не посторонних, – возразила Синтия. – Сандра, в каком-то смысле член нашей семьи.

– Да какая разница?! – не выдержал я. – Ты совсем… – я осёкся, стараясь справиться с собственными эмоциями.

Закатывать истерики при посторонних, пусть и «в каком-то смысле тоже члене нашей семьи» мне не хотелось.

– Ладно, поговорим об этом позже!

– О чём, дорогой? – насмешливо приподняла брови Синтия.

– Как хозяйка дома, не хочешь позаботиться о завтраке для гостей? – ответил я вопросом на вопрос.

Синтия фыркнула в ответ, одарив меня злым саркастичным взглядом:

– Хочешь отделаться от меня братец?

– Хочу позавтракать. Так торопился увидеть тебя, что забыл выпить кофе. Долг гостеприимства для воспитанного человека превыше всего, не так ли?

– Я помню, как для тебя, милый, актуален вопрос еды в общем и вопрос завтрака в частности, – насмешливо сузила глаза Синтия.