– Прекрати, – шепчу я.

– Ей было бы стыдно называть тебя своей дочерью.

– Остановись!

Он шагает вперед.

– Как и мне стыдно за то, что я когда-то называл тебя своей женой.

Мои колени подкашиваются и я мучительно кричу.

– Я жил со своей ошибкой. Я жил с этим каждый гребанный день. А ты, ты только начинаешь.

– Пожалуйста, – кричу я, сжимая голову. Стена, за которую я так долго держалась, треснула и стала рушиться вокруг меня.

– Ты хочешь развода? Ты, блять, получишь его. Просто держись подальше от моей жизни. Мы закончили. Завтра доставят документы.

После этого он поворачивается и исчезает в темноте.

Я так громко кричу, что звуки агонии попадают в мою грудь, и мое горло перехватывает. Я падаю вперед, мои руки стучат по асфальту. Кем, черт возьми, я стала? Боже. Что я за монстр? Он прав. Я не лучше его. Моя мама была бы так разочарована мной.

Мама.

Мне так жаль.

~*~*~*~ 

Маркус

Я бью кулаком по машине снова и снова, пока мои костяшки пальцев не разбиты и кровоточат. Отчаянный рев вырывается из моего горла, заглушая ее крики. Снова я оставил ее опустошенной и сломленной. Только в этот раз она ответила тем же. Она забрала мою душу, так же, как и я забрал ее, она растоптала ее.

Теперь мы были жалкими, один не лучше другого.

Боже, помоги нам.

~*~*~*~ 

Катя

– Форд? – хриплю я в телефон.

– Господи, Катя, где ты?

– Я…я в городе. Я в баре в Рэдклифе. Забери меня, пожалуйста.

– Я буду через десять минут. Жди там.

Я закрываю глаза и опускаю телефон на пол. Мои бедра болят, мои гениталии распухли, и так много частичек Маркуса окружает меня. Я разбита. Я уничтожила себя. Я уничтожила его. Вместе мы уничтожили друг друга.

Стыд и вина скопились в моем теле, когда я осознаю свои действия.

Я собиралась убить его.

Какой бессердечный, холодный, жестокий человек пойдет на такое? То, что Маркус сделал со мной, даже не сравнится с тем, что я планировала сделать с ним. Когда я делала это, мне казалось, что это сработает? Я думала, что разрушенная жизнь сойдет мне с рук? Хуже, когда я думала о дочери во всем этом? К тому времени, как Форд добирается до меня, слезы истязают мое тело, и я задыхаюсь.

– Черт, – бормочет он, наклоняясь и поднимая меня. Он быстро ведет меня к машине и сажает в нее. Я падаю вперед, плача так сильно, что слезы застилают глаза. Как я могла быть такой безответственной? Как я могла быть такой холодной? Я забыла о своей дочери, на какое-то мгновение я забыла о своей дочери.

– Эй, – говорит Форд. – Черт, Катя, посмотри на меня.

– Я монстр, – рыдаю я. – Я бессердечный монстр.

– Нет, это не так.

Я поднимаю голову и смотрю на него.

– Да, я такая, – кричу в истерике.

– Катя, успокойся.

– Я собиралась убить его.

– Да, но ты не сделала этого.

– От этого не становится легче.

Он вздыхает, закрывая глаза, чтобы успокоиться. Затем он тянется и хватает меня за плечи.

– Послушай меня, – начинает он, но я перебиваю его.

– Я собиралась убить его, – кричу я. – Я собиралась уничтожить его жизнь и меня это не волновало. Я не остановилась и не подумала о себе или о своей дочери. Я забыла о ней, Форд. Я забыла о Пенни на короткий промежуток своей жизни, полная решимости отомстить. Я стала такой же, как он.

– Да, но хочешь знать разницу между вами?

Я поднимаю свои заплаканные глаза к его, мое тело так сильно дрожит, что мои зубы стучат.

– Он бы не отступил, – продолжает он. – Ты же делаешь это. Ты осознаешь то, что сделала, и ты исправишь это. Это различие между монстром и человеком, который попросту сломлен.

– Моя дочь заслуживает лучшего.

Он поднимает мой подбородок.

– Возможно, но это не твой выбор, а ее, и сейчас ты единственная в ее мире, кто имеет значение. Возьми себя в руки, расторгни эту сделку, с кем бы ты там ее не заключила, и вернись к нормальной жизни.