– У нее был кашель, – шепчу я. Мой отец сжимает мое плечо. – Стало еще хуже. Я возила ее к врачу, и он сказал, что это просто вирус. Через несколько дней у нее поднялась температура, а кашель стал непрекращающимся и с мокротой. Я привезла ее сюда, а нас отправили домой с антибиотиками. Сегодня у нее опять подскочила температура, и она стала вот так выглядеть.

– Мне надо будет сделать несколько анализов, – говорит он, поворачиваясь ко мне. – Я боюсь, что у нее воспаление легких.

– Что? – хриплю я.

– Это может быть вызвано, как вирусной, так и бактериальной инфекцией. Антибиотики помогли бы, если бы это была бактериальная. У меня такое чувство, что это не так, потому что у нее нет признаков восстановления от антибиотиков.

Моя грудь ощущается так, словно сейчас взорвется, а мои ноги начинают дрожать.

– Ч..ч..ч..что будет, если это воспаление легких?

– Это зависит от того, на какой сейчас стадии. Мы должны поставить ей капельницу прямо сейчас, она обезвожена. Мы дадим ей больше антибиотиков, пока будем ждать результатов анализов. У нее жидкость в легких, я это четко слышу. Я также попробую дать ей противовирусный препарат.

– А если станет хуже? – плачу я.

– Мы разберемся с этим, когда придет время.

– Она может умереть? – шепчу я, мои колени дрожат.

– Да, воспаление легких может быть смертельным. Однако сейчас она в самом безопасном месте, в котором могла бы быть. Мы собираемся отвезти ее, чтобы сделать несколько анализов. К сожалению, вы не можете там находиться, но уверяю вас, она в лучших руках, и мы сообщим вам, если что-нибудь измениться.

– Нет, – хриплю я. – Пожалуйста, не забирайте ее от меня.

– Так будет лучше, миссис Тандем. Мы позаботимся о ней. Я пошлю медсестру, которая сопроводит вас в комнату, в которой вы сможете подождать. Мы привезем ее назад, как только закончим.

– Но она нуждается во мне, – хриплю я.

Он сжимает мое плечо.

– Она будет в порядке.

Папа обнимает меня за плечи, когда они забирают Пенни. Я кричу в агонии, и мои колени подкашиваются.

– Это моя вина? – рыдаю я.

– Нет, милая. Давай присядем.

– Он должен знать, – шепчу я.

– Кто?

– Маркус. Он должен знать.

Мой отец вздыхает.

– Сейчас не подходящий момент, но я согласен. Я позвоню ему.

Я опускаю голову, когда он уходит по коридору. Я начинаю рыдать, сжимая руки, и сквозь слезы молюсь, чтобы с моей дочерью все было хорошо. Пожалуйста, пусть она будет в порядке.

Глава 19 

Катя

– Что происходит? – спрашивает Маркус, стоя передо мной.

Он одет в костюм, словно целый день работал. Скорее всего, так и есть. Мой отец не сказал ему, зачем он здесь; единственное, что он сказал, это то, что он должен приехать.

– Я должна тебе кое-что сказать…

Он смотрит на меня.

– Ты больна?

– Нет.

Его лицо становится бледным.

– Катя…дерьмо…ты беременна?

Я вздрагивают от боли при звуке его голоса. Слезы снова выступают, и я оборачиваю руки вокруг себя.

– Нет, – шепчу я. – Нет, но…

– Господи, Катя, не думаешь ли ты, что мы уже достаточно наигрались в гребаные игры? Зачем я здесь?

Я смотрю на него сквозь слезы. Пора. Я знаю, что пришло время. Но я бы хотела сделать это раньше. Это несправедливо по отношению к нему. За это он будет ненавидеть меня еще больше.

– Я здесь, потому что…– я сглатываю, и мое тело начинает трястись, – потому что…

– Катя, – предупреждает он.

– Я здесь, потому что наша дочь больна.

Я слышу его резкий вдох и смотрю, как он делает несколько шагов назад. Его глаза широкие и растерянные, его рот раскрыт. Он слегка качает головой, а потом пристально смотрит в мои глаза.

– Что ты сказала?

– У тебя есть дочь, Маркус, – хриплю я. – Ее зовут Пенни, и ей практически год.