Все ещё всматриваясь в моё лицо, он выдохнул, заново сложив руки на коленях и откинувшись на спинку так, что та издала тихий скрип.

– Мы звонили им, сообщили о проблеме. Обычно они более остро реагируют на все, что может иметь намёк на терроризм. Учитывая жестокость преступления, возраст девочки, политические мотивы, описываемые некоторыми детьми... и тот факт, что этот «Волк» активно организует их в тех холмах... мы ожидали большого интереса, по правде говоря. Возможное похищение. Идеологическая обработка и вербовка. Терроризм. Убийство. Пропавшие туристы.

Он пожал плечами и развёл руками.

– Но они сказали, что на их взгляд это кажется местной проблемой, - сказал он.
– Не их юрисдикция. Они предложили нам сотрудничать с властями племён и уважать их суверенитет.

Теперь я тоже хмурилась.

– Это... странно.

Он улыбнулся, но улыбка не коснулась его глаз.

– Я рад, что не один так считаю, - он навалился на стол, положив стиснутые руки поверх разбросанных бумаг.
– Каково ваше впечатление о том, что сказала вам Бёрди? Это показалось вам политическим, в плане идеологической составляющей? Или скорее «откровенное безумие и желание убивать», как примерно сказали мои коллеги из ФБР?

– Определённо политическая составляющая, - сказала я, нахмурившись из-за описания оценки агентов ФБР.
– Квази-религиозная. В высшей степени догматичная. Едва ли это личная фантазия, учитывая её возраст и саму суть... а также корреляции с отдельными аспектами национальных верований навахо. Очевидно, она открыто поклялась в верности Волку.

Он кивнул.

– Политика. Мы тоже так думали.

– Она полностью верит в то, что рассказала мне, - добавила я.
– Идеология прочно внедрена. Не было никаких противоречий, пока она описывала мне эти верования. Более того, хронология этих верований все ещё в действии. Очень похоже, что она чего-то ждёт. Я попыталась прояснить это, но так и не разобралась в её символизме.

Эти проницательные ореховые глаза снова остановились на мне.

– Вы думаете, он что-то планирует? Волк?

Поколебавшись, я кивнула, хоть и внесла уточнение.

– Может быть, - сказала я.
– Думаю, она верит, что грядёт нечто большое, связанное с тем, чему учил её Волк. Он мог врать, конечно... внушить ей и другим детям ощущение срочности, убедить, что они часть чего-то великого. Или она могла добавить это убеждение к тому, что он уже скормил ей. Очевидно, это дало ей некоторую степень комфорта - думать, что вот-вот случится нечто колоссальное, доказывающее правоту Волка.

Детектив задумчиво кивнул.

Затем он поднял взгляд, темно-ореховые глаза вновь смотрели остро.

– Как с этим связана одежда? Образец, который послал сюда Красный?

Я вскинула руки, надеясь, что выгляжу совершенно невинной.

– Понятия не имею. Меня попросили проверить результаты анализов, пока я буду здесь, поскольку с Натани сегодня будет сложно связаться, но я ещё не была в резервации. Я не уверена, к чему именно принадлежит одежда.

Детектив снова кивнул, затем выдохнул, посмотрев мне прямо в глаза.

– Думаю, вам лучше пойти со мной, миссис Блэк.

Я нахмурилась.

– Пойти с вами? Разве мы не будем ждать агента Ли?

Рамирез выдохнул.

– Я знаю, Натани предпочёл бы такой вариант, - пробормотал он.
– Но я думаю, вам стоит сейчас пойти со мной. Федералы не склонны показывать чужакам свои игрушки, а мне бы очень хотелось, чтобы вы это увидели.

Озадачившись, я поколебалась лишь мгновение, затем кивнула.

– Ладно. Куда мы отправляемся?

– В лабораторию, - сказал он.
– Лучше, если специалисты лично объяснят вам все.

«Блэк? Блэк... Мне нужно, чтобы ты связался со мной прямо сейчас, если можешь».

Его тело окоченело, сделавшись жёстким как камень.

Его рука тоже застыла, и его ладонь, стискивавшая приборную панель джипа, в котором он ехал. Поборов волну боли, омывшую его свет, он постарался скрыть это от неё, хоть и не сумел задавить окончательно. В конце концов, он забросил большую часть своего света за щит.

«Блэк?– он буквально видел, как она поджимает губы.
– Ты меня слышишь?»

«Да,– он постарался сохранить нейтральное выражение лица, хоть и знал, что она его не видит.
– Я здесь. Все в порядке? Тебе нужно, чтобы один из нас позвонил тебе?»

«Прямо сейчас, - послала она.
– Я в порядке. Но я только что вернулась из лабораторий в Санта-Фе. Я мало что узнала от агента ФБР, Ли... но до того, как туда приехал Ли, у меня состоялась долгая беседа с детективом Рамирезом из полиции Санта-Фе. Есть вещи, которые тебе нужно знать, и как можно быстрее. У тебя есть сейчас доступ к телефону? Или ты хочешь, чтобы я рассказала тебе так?»