— Надо же… А я успел к тебе привязаться, — сказал про себя Генрих. — Сопровождать живых, похоже, не так уж и плохо.

Мужчина снял с огня порезанный хлеб и немного перекусил. В этот момент к нему подошла его лошадь и громко фыркнула, уставившись на испечённые сухари.

— Тише, а то разбудишь. Вот, держи, — шёпотом произнёс наёмник и поделился ужином со скакуном. — Как считаешь, может, мне её ещё несколько лишних деньков туда-сюда поводить? — лошадь ничего не ответила, лишь жевала сухари. — Ты права. Нужно побыстрее от неё избавиться, а то ещё немного, и я не захочу её отпускать.

Генрих сопроводил взглядом последние лучи уходящего солнца и так же прилёг у огня. Ночь была такой тихой и спокойной, что сон пришёл практически мгновенно.

Прошло несколько часов, и тлеющие угли в костре начали остывать. Под тёмным покровом ночи некто бесшумно прошёл по дороге мимо спящих путников. Лошади встрепенулись, но стоило неизвестному направить на них взгляд, как животные тут же успокоились и не издали ни звука. Подойдя к обрыву, он вознёс над ним руку. Руны на его наруче засияли, и со дна поднялось облако пыли.

Следующее утро выдалось довольно прохладным. Генрих и Катерина проснулись рано, но хорошо выспались. Девушка собрала все вещи и снарядила лошадей. Наёмник же скрыл все следы их лагеря, собрал оставшийся мусор и направился к ущелью, чтобы сбросить его в пропасть. Однако от увиденного он выронил из рук все вещи.

— Генрих, ты чего? — перед путниками был всё тот же широкий обрыв, однако сейчас через него вёл новый деревянный мост. — Ты тогда пошутил про плотника?

— Я здесь не причём, — в недоумении ответил Генрих.

— Выглядит прочным, — сказала Катерина, выйдя на край постройки и постучав ногой по доскам. — Ни грязи, ни трещин… Он совершенно новый.

— Но как такое возможно?! Вечером его здесь не было.

— Этого я не знаю. Однако путь теперь свободен.

Спустя пару часов к этому же месту подошли две девушки. Старшая сестра слезла с коня и присела под деревом, чтобы попить воды. Мая же осмотрела окрестности и нашла присыпанные землёй истлевшие угли.

— Похоже, староста не обманул. Они точно здесь были.

— Странный мужик. Ты ему палец отрубила, а старику хоть бы хны, — сказала старшая, сделав пару глотков. — Может, стоило их убить?

— Не собираюсь я тратить время на это людское отребье. К тому же след из крови привлечёт гораздо больше внимания, чем несколько перепуганных селян.

— Тебе решать, ты ведь главная.

— Дай-ка и мне глотнуть, — попросила Мая, но стоило ей поднести флягу, как в нос ударил резкий запах спирта. — Это ведь не вода!

— Я знаю, — сказала старшая сестра и ухмыльнулась.

— Ладно, если поторопимся, нагоним их через несколько часов, — девушки оседлали лошадей и пересекли мост.

***

— Ты уверен, что мы поступили верно? — спросила Катерина, когда к середине дня они с Генрихом остановились на обед.

— Я не доверяю мостам, которые появляются сами по себе, — ответил наёмник, привязывая лошадь к дереву. — До конца дня обогнём холм и направимся дальше.

— Я разведу огонь, а ты не забудь стреножить лошадей.

— Чего…?

— Ноги им перевяжи, чтобы не убежали, — разъяснила девушка.

— Я крепко их привязал.

— Генрих, пожалуйста, сделай так, как я прошу.

— Ладно, ладно. Сделаю.

Девушка отправилась собирать хворост, а наёмник остался заниматься лошадьми. Однако мужчина не собирался выполнять требования княгини. Он просто ещё раз затянул узел.

— И смотри мне, никуда не убегать! — сказал наёмник лошади, и та фыркнула в ответ. — То-то же.

Пока Катерина была занята розжигом огня, её попутчик подошёл к реке и набрал котелок воды. Их оставшихся продуктов было достаточно, чтобы сварить неплохую похлёбку. Обед проходил молча. Генрих как всегда отвернулся от девушки и освободил от марли рот, дабы положить в него ложку горячей юшки. Доев свою порцию до половины, мужчина отставил тарелку и встал со своего места.

— Мне нужно отлить, — сказал наёмник и направился в кусты.

— Мне было просто необходимо это знать! — возмутилась Катерина.

Отойдя достаточно далеко, наёмник спустил штаны. Далее ему предстояло разбинтовать поясницу, что занимало немало времени. В этот момент он услышал странный шорох неподалёку. Подняв глаза, Генрих увидел чей-то силуэт, который, не скрываясь, шнырял по кустам, а затем затерялся в листве. Наёмник тут же надел штаны обратно и поспешил к лагерю. Тем временем пара лазутчиков вернулась к командиру княжеских егерей, группа которого заняла позицию на возвышенности.