И в этот момент Колбин услышал удивленный возглас Соколова. Повернув лицо, которое тут же оказалось приплюснутым к оконному стеклу, майор пристально вгляделся в прохожих.

Там, среди толпы, не обращая никакого внимания на троллейбусы и автобусы, проносящиеся мимо, шагал невысокий паренек в синих помятых брюках и светлой куртке с матерчатым верхом. Вполне обычный паренек. Он не кидался на людей, не сверкал глазищами, и даже если у него были клыки, то они сейчас прятались за плотно сжатыми губами. Он неторопливо шел по улице и ничем не выделялся среди окружавшей его толпы.

Но именно он был обнаружен мертвым в раннее апрельское утро, именно его убили полусеребряные пули, именно он так таинственно исчез из морга, и именно его фотография лежала сейчас в кармане у Колбина.

Стройная логическая цепочка, выстроенная майором, разрушилась в одну секунду, таяли, исчезая, звенья строгих реалий, казалось, Колбин сам стоит сейчас на грани обыденного перед входом в неизвестный мир - туда, в чью сторону направлялся оживший мертвец. А он вдруг свернул направо, промелькнул вдали под аркой и скрылся из глаз.

Могучая спина начала новое, решающее наступление на милиционеров. Автобус был переполнен, не было никакой возможности пробиться к дверям, кабина водителя пряталась в необозримой дали. Дернувшись пару раз, Колбин понял, что трепыхаться бессмысленно. Вход в темный, сверхъестественный мир помутнел, растворился среди скопления потных и злых голов...

... Паша, Хома и Ринат стояли вблизи Московского вокзала и хмуро смотрели на Федю. Федя тоже недовольно окидывал их взглядами. Честно говоря, он ожидал, что его команда будет более многочисленной, но для начала и это неплохо.

– ... Еще раз повторяю. Хенсель уехал по нашим делам, а вы трое пока в моем распоряжении, - все более распаляясь, прорычал он.

– Ладно трепу. Про Хенселя мы выясним сами. А ты пока дело говори, сказал Хома.

Федя внутренне перевел дух. Важная победа была одержана:

– В общем так. Помните того пацана, которого в прошлый раз ловили?

– Ну.

– Не "ну", а "да" или "нет", - пронизывая троицу бешеным взглядом, громко сказал Федя.

– Да, помним.

– Надо его еще раз поймать.

– Так его же Хенсель из автомата прикончил!

– Видать, плохо прикончил, - объяснил Федя.
– Снова ловить придется.

– Ты че, шутишь? В Питере! Пацана! Он что, сам к нам в руки прибежит?

– Может, и прибежит. Где мы стоим?

– Ну, у вокзала.

– Не у вокзала, а у Московского вокзала. Парень-то не дурак, наверняка в Москву поедет. Город большой - всяко устроиться можно.

– А может, он еще вчера укатил или сегодня утром?
– предположил Ринат.

– Я всю ночь и утро у поездов дежурил. Его не было.

– А парень-то не дурак, - ехидно пробормотал Хома.
– Что же он даже не появился.

– Я так думаю, что у него бабок тогда не было, вот он и не пришел, пояснил Федя.

– А может, он их и не достанет?

– Достанет, такой достанет.

– Ну хорошо, а где мы его ловить будем?

– Ваша задача такова: один со мной на платформе стоит, двое в зале ожидания смотрят, обедаем по очереди. Как увидите - окружайте. Крутите руки будто пьяному и тащите ко мне. Разговаривать с ним буду я сам. Поняли?

Все трое одновременно кивнули.

– Да, еще вот что. Хенселя нет, плачу я лично. Если поймаете, то по десять штук каждому.

Все трое кивнули еще раз и отправились дежурить по своим местам...

... До Московского вокзала я добрался без всяких происшествий. Правда, недалеко от него я немного заблудился и минут двадцать проплутал по окрестностям.

Но вот мой путь окончен, и величественное здание Московского вокзала совсем близко - через дорогу. Но сейчас мне не хотелось торопиться. Оборотни, если они все еще находились здесь, были несравненно опытнее меня и могли учуять мою незначительную персону первыми. Поэтому я весьма осторожно перешел дорогу и остановился в раздумьях.

И тут мое внимание привлекла куча народа, толпившаяся возле одного из углов вокзала. Оттуда доносились веселые звуки гармошки, и я без лишних слов поспешил им навстречу.

Толпа оказалась внушительной. Я потратил немало сил, прежде чем мне удалось выбраться на такое место, откуда уже удавалось хоть что-нибудь разглядеть.

На небольшом пятачке танцевала четверка парней в тельняшках. Они улыбались и лихо отплясывали веселый танец. Сбоку стоял пятый, который играл на гармошке и пел, а остальные время от времени подхватывали его слова. Но вокруг шумела толпа, и я так и не смог разобрать содержание песни. Закончив выступление. Гармонист подхватил с мостовой кепку с монетами и вместе с товарищами исчез в толпе.