***

Незнакомцы привели его в деревянный дом, с грубо сделанными, толстыми стенами и решетками на некоторых из окон. Первая комната, открывавшаяся с порога, выглядела соответственно антуражу - простая длинная лавка вдоль стены, огромный массивный железный сундук в углу, письменный стол, за которым сидел молодой парень, что-то старательно записывающий пером на огромном листе. Магрейна провели мимо и направили к одной из двух дверей, ведущих из комнаты вглубь дома.

Следующее помещение выглядело как самая традиционная и стереотипная допросная. Глухие стены без окон, одна из них увенчала кандалами, предполагавшими подвешивание жертвы на некотором расстоянии от пола. Имелся также стол с фиксаторами, плеть и прочие, не менее забавные вещицы.

Между тем, мужчины продолжали вести себя предельно спокойно и даже в некоторой мере доброжелательно. Предложили присесть на простой, несколько неудобный табурет и рассказать свою версию событий. Магрейн с едва заметной ухмылкой огляделся по сторонам, а затем с максимальным комфортом уселся, закинув ногу на ногу, и изложил реальную версию событий.

– Конечно же, я могу доказать свои слова, - закончил он, не дав незнакомцам даже шанса перейти к развлекательной части мероприятия.

– Интересно, как?
– хмыкнул один из них, и над его головой наконец-то появился ник.

Капитан Дарен, Стражи Порядка.

СП вместо СБ. Почти остроумно.

– Я веду записи своей игры, чтобы в дальнейшем пересматривать их и разбираться с собственных ошибках, - выдал Магрейн, начиная понимать, что то, что «Глаз» ему всулило начальство, еще не означает, что эта штука полностью легальная.

– Игроки знают, что вы ведете скрытую запись?
– тут же вцепился в призрачный шанс капитан, рассчитывая поймать его если не на одном преступлении, так на другом. Но голова его жертвы работала уже на полную, несмотря на усталость и явный недосып.

– Я веду запись только тогда, когда играю в одиночестве, и не контактирую с другими игроками, - вывернулся Магрейн.
– А этот инцидент зафиксировался совершенно случайно. Нападение оказалось неожиданным, и я просто не успел бы выключить вирткамеру, как бы сильно мне того не хотелось.

Дарен цыкнул. Но поскольку доказательств обратного у него не имелось - а потребовать ВСЕ записи он банально не имел никакого права, по крайней мере до тех пор, пока они не появятся в Сети в открытом доступе - этот финт пришлось принять за правду чистой воды.

– Ладно, мы готовы принять ваши доказательства по этому делу...

***

Когда Магрейн вышел из местного отделения СБ, то есть СП, у дверей натолкнулся на Эмберхарт.

Девушка, уже без своей группы поддержки, стояла у самого порога, подпирая спиной стену, и выглядела несколько обеспокоенной. Впрочем, как только парень оказался снаружи, морщинки на ее лбу разгладились, а взгляд повеселел.

– Хэй, тебя выпустили, Грейни!

– Мое имя Магрейн, - спокойно поправил он и огляделся. Судя виртуальным часам, отображающимся в верхнем правом углу его поля зрения, до выхода в реал оставалось слишком мало времени, чтобы успеть заглянуть к Борусу и сдать ему квест. Нужно было спешить на постоялый двор. Если, конечно, он не хочет вырубиться где-то прямо на улице, на радость пресловутым Добсу и Томасу, которые, наверняка, окажутся очень рады обнаружить его в столь беспомощном состоянии.

Как, интересно, им удалось напасть на него первыми, и при этом не быть пойманными системой за нарушением правил? Узнать бы. Почему-то Магрейн был почти уверен, что это знание окажется для него не лишним.

– Прости, я очень устал и хотел бы передохнуть. Ты не против встретиться чуть позже, скажем, часа в четыре?

– В четыре так в четыре, - пожала плечами Эмберхарт, но следом за ним все же пошла. Впрочем, кто знает, может она и сама хотела посетить постоялый двор. Наверняка же подобных заведений в деревеньке не так уж и много.

Или нет.

– Магрейн, - позвала девушка, а когда он не отреагировал - даже схватила его за руку.
– Слушай, я, кажется, знаю, кто ты на самом деле...

– Что, прости?

– Ну, ты поздно начал, пришел в Таркит явно не для фана[1], постоянно задаешь вопросы, странновато себя ведешь. Проблемы, мягко скажем, не простые, вот так вот запросто решил. Да и сам по себе личность явно специфическая, - охотница пожала плечами и покосилась на него, но руку все же отпустила.
– Я догадалась, я знаю, кто ты на самом деле!

Магрейн замер и тяжело вздохнул. В любое другое время подобные слова, возможно, заставили бы его насторожиться, тем более, что в последнюю неделю-две слишком много человек внезапно оказывались в курсе его реального занятия. Но сейчас он слишком устал, слишком разбит, и чертова рука прямо-таки начинает разрываться от боли. Поэтому реакция вышла совершенно вялой и безразличной.

– Ну?

– Ты журналист!
– с некоторым торжеством сообщила ему Эмберхарт, и Магрейн чуть было не хохотнул.