Я быстро оделась, обулась и, взяв Клементину, выбежала в коридор. Но тут же замерла на месте, испуганно ахнув.

— Что происходит? — драконочка перепугалась еще больше.

В ответ я лишь замотала головой. Может, я просто сплю и все это мне снится?.. По-прежнему ведь стояла глубокая ночь, но коридор мутно освещали парящие в воздухе мутно-зеленые огни, причем упорно казалось, что свет их чуть ли не посторонний. А на стенах густыми черными кляксами проступала жутковатая слизь.

— Никого нет, — вдруг в ужасе выдохнула Клементина.

— То есть? — не поняла я.

— Вокруг ни одного человека или дракона! Я вообще не чувствую признаков жизни, словно мы с тобой тут совсем одни оказались!

— Во всем замке? — у меня даже дыхание перехватило.

— Так обширно я не чувствую, но поблизости точно никого нет. Но куда все делись с жилого этажа?

— Ума не приложу, — мороз по коже бежал от всего этого. — Нужно как можно скорее отыскать Лекса с Гринфрогом.

— Да-да, идем.

Вот только быстро не получилось. Клементина пыталась лететь, но лавировать между зелеными огнями ей удавалось с трудом. Так что я по-прежнему несла ее на руках, при этом старательно минуя эти сами огни. Неведомое предчувствие подсказывало, что их лучше не касаться.

Но едва мы добрались до арки входа в магический туннель, нас поджидала очередная неприятная неожиданность.

— Магия переходов пропала… — ошарашенно пролепетала Клементина, смотря на черную завесу. — Это же, получается…

— Придется идти через заброшенную часть замка, — от такой перспективы аж подурнело. — Раз здесь магия исчезла, то и там наверняка запрета на проход сейчас нет. Ну а если все же есть, надеюсь, моя невосприимчивость к магии еще хоть немного сохранилась, чтобы мы смогли пройти.

— Но там и в обычное время жутко, а теперь так вообще… — драконочка дрожала.

— Не бойся, я сейчас свою магию хорошо чувствую, она сможет нас защитить, — как можно увереннее ответила я. — Ты, главное, сосредоточься на нужном направлении, хорошо?

Она тут же кивнула.

И мы поспешили обратно по коридору. Может, мне и казалось, но кляксы на стенах словно бы чуть больше стали. Проклятье, что же происходит?!

Пока мы добирались в обратный конец коридора, Клементина сбивчиво предположила:

— Может, Лекс почувствовал, что творится что-то не то, потому и ушел разобраться? А нас не стал будить, чтобы не беспокоить?

— А Гринфрога тогда зачем забрал?

— Ну-у… Вдруг Лекс догадывался о неких причинах, и для устранения их нужен дракон?

— Тогда бы он тебя взял, — я покачала головой. — От тебя в любом случае было бы толку больше, чем от безответственного Гринфрога. Но за неимением других версий будем верить в твою.

— Потому что она самая нестрашная, — вздохнула драконочка.

Я не стала ничего отвечать. Опасалась, что мои заверения, что все и вправду не так страшно, прозвучат слишком фальшиво. Магия беспокойно пульсировала во мне, норовя вот-вот самопроизвольно воплотиться. Пусть я пока толком и управлять ею не могла, но и так понимала, что происходит нечто из ряда вон. Н все равно старательно сдерживала нарастающую панику. Ничего-ничего, сейчас первым делом доберемся в архив, наверняка лорд Сагрейн, магистр Диссер и декан Белгас там. Они ведь говорили, что в последнее время ночами ищут в древних книгах хоть какую-то подсказку. Главное, чтобы они не исчезли, как и обитатели жилого этажа…

Наконец, впереди показались почерневшие двери входа в старую часть замка. Магической завесы тут не было. Я осторожно заглянула на лестницу. Удивительно, но там царила темнота, не было этих жутковатых зеленых огней. Стоило нам ступить во мрак, Клементина начала светиться, как и в наши прошлые визиты сюда.

— Это ведь хороший знак, правда? — драконочка даже приободрилась. — Ну что тут нет ни огоньков, ни черных клякс на стенах.

— Будем надеяться, что хороший, — я осторожно спускалась по ступеням, бережно держа Клементину.

Она хоть и пыталась сначала лететь, но чуть не врезалась в стену при повороте. Да и нам обеим так было спокойнее, когда я несла ее на руках. Не знаю, куда делись Лекс с Гринфрогом, но Клементину я никому не отдам, она точно не исчезнет.

Чем дольше мы шли, тем страшнее становилось. За стенами то тут, то там раздавались шорохи, а после даже скрежет, словно кто-то точил когти о каменную кладку. Клементина от страха дрожала, из-за этого не удерживая светимость, и на мгновения мы оставались во мраке. Больше не разговаривали, вообще старались не шуметь. Вот только, боюсь, неведомые жути знали, где мы, и так. Неотступно преследовало ощущение множества злобных взглядов.