– Они стерли все следы в астрале, - сказал Танзен, снова принимая форму №50. Язык гяяду очень плохо подходит для нормальной речи. – Какое-то заметающее заклятие. И от запахов тоже избавились. Но вот о вкусе не подумали.

– Ну и каковы они на вкус? – с легким скепсисом спросил Оркатти.

– Как люди, - спокойно ответил Танзен. – Двенадцать человек. Восемь мужчин и четыре женщины.

– Волшебники?

– Извини, вот это на вкус не определить.

– А пол можно?..

– Представь себе. И у женщин он приятнее, кстати.

– Ишь, - только и сказал Оркатти.

Испробовав на вкус почву, камень, скудную растительность и сам воздух, Танзен смог сказать, что тут раньше и в самом деле была какая-то постройка. Совсем небольшая, что-то вроде овчарни.

Однако теперь ее явно нет.

Возможно, местные жители что-то об этом знают. Оркатти ментально связался с оставшимся в городке Дженнаро, попросил поспрашивать.

Но по большому счету не так уж это и важно. Очевидно, что хозяева Сукрутурре купили на острове именно вот эту самую постройку. Поскольку потом они явно ее снесли, несложно понять, что нужна была им не овчарня, или что там стояло на холме, а земля под ней. Сам холм.

Но также очевидно, что земля здесь бросовая. Годится только на пастбище, да и то не очень-то. В любом случае, раз дело было обстряпано в такой тайне, раз они подчистили потом даже следы о сделке – здесь кроется что-то очень ценное или незаконное.

А раз они все-таки купили эту землю, раз приобрели ее в собственность, а не просто пришли ночью и сделали, что хотели – они здесь надолго. Им нужно на всякий случай законное право тут находиться. Вести, вероятно, какие-то работы.

Скорее всего, там залежи чего-то ценного. Того же золота хотя бы. По законам Синдиката Великой Верфи все полезные ископаемые принадлежат Совету Королей. Их ведь на этом архипелаге очень мало, ископаемых. Чтобы что-то такое разрабатывать, нужно приобрести патент и отдавать государству драконову долю – аж шестьдесят процентов.

Так что если кто-то обнаружил здесь золотую жилу или некую иную ценность – неудивительно, что он пошел на подлог и даже убийство. Деньги – та самая причина, ради которой совершается изрядная часть всех преступлений.

Но если дело в этом – при чем тут похищенная женщина и другие островитяне? При чем тут Маладис? Почему Сукрутурре должен был прибыть сюда именно к Злому Дню? С банальным уклонением от налогов это уже не вяжется.

Следов от овчарни не осталось никаких. Кто бы ее ни снес, они удалили все начисто.

Словно вовсе никогда ничего не стояло.

– Дженнаро отозвался, - произнес Оркатти. – Передает, что поговорил с одним местным дедом. Тот рассказал, что раньше на холме жил старый овцевод. Потом его дом и овчарня сгорели, а он сам куда-то уехал.

– Значит, будем проверять, что внизу, - топнул Танзен. – Входа не нашли пока?

– Я могу выйти из тела и спуститься, - предложил Оркатти.

– Выходи, - кивнул Танзен. – А мы спустимся... у тебя какая самая мелкая форма?

– Воробей, - ответил практикант.

– Ага... Так... Ну ладно, нормально. Сейчас сделаю.

Танзен перешел в форму №14 (крот) и принялся работать когтями. Ему уже приходилось таким образом вести расследование. В буквальном смысле рыть землю в поисках улик.

Нора быстро удлинялась. Танзен делал ее широкой, чтобы практикант не застрял. Воробей – птаха мелкая, но все-таки птаха, а не грызун. По норам ему ползать не очень-то сподручно.

Жаль, что у практиканта пока всего-то четыре формы.

Хотя нет, теперь уже пять, конечно.

Рыть, впрочем, пришлось недолго. Как Танзен и надеялся, под домом и овчарней оказался подвал. Его покупатели убирать не стали – наоборот, приспособили под свои нужды.

Здесь места было достаточно, но тьма царила кромешная. Танзен вернулся было в форму №50, но тут же перешел в форму №67 (кобольд). У этих подземных карликов на диво острое зрение, свет практически не нужен. Хватало того лучика, что пробивался сквозь вырытую кротом нору.

А вот практикант шарился наощупь. Танзен взял его за руку, и паренек вздрогнул. Не понял в первую секунду, что эта мягкая, похожая на обезьянью лапка – его наставник.

Рядом сгустился Оркатти. Невидимый для обычного взора, он отчетливо представал перед взором обученным. Бесплотным духом Оркатти спокойно проходил сквозь стены, мог заглянуть туда, куда не доставала ни одна форма Танзена.

Но сейчас это не требовалось. В подвале был проем, а из него еще глубже уходила лестница.

А вот выхода наружу Танзен, как ни осматривался, не увидел. Но он должен быть – ведь женщина пропала именно на вершине холма. Возможно, где-то есть тайный рычаг или панель.