Земля рыхлая, я лапой прокопал отверстие, вдохнул свежий влажный воздух, и выполз наружу, услышав только чей-то вопль и затихающий топот ног.

Покряхтев, я почувствовал сильный голод, и тут увидел небольшое тельце, привязанное к кресту.

Оборвав верёвки, целиком проглотил тельце, после чего понял, что могу двигаться.

Поднявшись, облачком, над поверхностью земли, проверил, есть ли недалеко ещё еда. Оказалось, есть: по дороге кто-то шёл.

Вообще-то я питаюсь не только плотью, ещё вкуснее эмоции, особенно страх. Ужас насыщает моё тело наравне с плотью. Проявившись перед существом, беззаботно идущим по дороге, я наслаждался его чувствами, наблюдая, как он седеет. Только как-то седел человечек неправильно: клочьями.

То, что это ребёнок, я понял, когда существо уже упало. Я хотел его съесть, но почему-то, вместо этого, втянулся внутрь маленького тела. Здесь было довольно комфортно и уютно, я затих, пригревшись. Существо было живым, тёплым, энергию от него я получал, что ещё нужно?

Ночью я просыпался, выходил из тела, и летал над человеческими жилищами, в поисках тех, кого можно напугать. Нашёл. Их я узнал по запаху, это они меня разбудили на кладбище. Тогда я принимал вид поглощённого мною котёнка, и пугал человеческих детёнышей.

Я их съедал? Не помню.

Эти клочки воспоминаний толпились в моей голове, когда девочка пригласила меня отведать лакомство.

– Я не ем человечину! – с трудом проговорил я, проглотив вязкую слюну.

– Да ну! – весело удивилась девочка, зачёрпывая ложкой вкусную массу из горшка и аккуратно съедая её. – И кто это мне говорит?!

– Ты Лиса? – спросил я, заставив девочку замереть.

– Ну, Лиса, - согласилась она, - Тебе-то что? Не ты ли тот, кого когда-то звали Разящий?

– Не помню, - признался я, опять сглатывая, - теперь я Хранитель.

– Хранитель? – переспросила меня Лиса. – Очень интересно! И что ты хранишь? Поделишься?

– Это моё, Лиса, - потряс я головой, пытаясь стряхнуть наваждение. – Зачем ты съела домового?

– Домового? – презрительно скривилась девочка. – Ты знаешь, он надоел мне. Приставал! Ты можешь это себе представить?!

– Что? – открыл я рот в изумлении. Лиса внимательно осмотрела меня с ног до головы.

– Да-а, - протянула она, - возрождение легко не даётся. Ты опять малыш. Домовой к тебе хорошо относится? Может, помочь?

– У нас домовая! – смело сказал я.

– Домовая? – удивилась Лиса, не забывая лакомиться, - А, она бережёт тебя для себя, тогда понятно, что вы ладите. Но я тебя тоже хочу! У меня давно никого не было! Особенно таких сладких мальчиков! Не противься своим желаниям, подойди, покушай, а потом мы насладимся друг другом!

Не в силах противиться чарам Лисы, я сделал вперёд шаг, другой...

Тут раздался вой Джима, и я опомнился. Вдруг вспомнил, что я никакой не Злой Дух Разящий, а Сай, добрый мальчик из соседнего коттеджа, меня ждут Куэс и дети.

Лиса прочитала всё это на моём лице и кинулась на меня, успев оцарапать длинными и острыми когтями от плеча до пояса.

А я даже не успел придумать себе одежду, так и стоял, раздетый, каким проявился, когда ловил котёнка.

Вспомнив о котёнке, выпрыгнул из окна уже пегим зверьком. Оттуда – на дерево, с дерева упал прямо на Джима. Пёс взвизгнул от неожиданности и придавил меня лапой, свалившегося на снег, с его спины.

– Осторожнее! – прошипел я.

– Ты? – удивился Джим.

– Спрячь меня! – с отчаянием в голосе попросил я.

– В будку, быстро! – велел пёс, сам остался снаружи, затирая кровавые следы.

Скоро из дома выбежала девочка, внимательно осматривая двор.

– Джим! – крикнула она, подбегая, - Ты не видел здесь мальчика, или котёнка?

– Гав! – отрицательно мотнул головой пёс. Если никто не видел, как мы давеча сидели вместе, невозможно подумать, что собака прячет у себя в будке кота!

Когда Лиса ушла, вынюхивать мои следы, Джим забрался в будку и начал меня вылизывать. Во-первых, чтобы зализать раны, а во-вторых, перебить кошачий запах.

– Странно! – услышали мы голос девочки. – Следы здесь обрываются! Спишь, бездельник! – рассердилась хозяйка. Джим даже испуганно вздрогнул.

Дождавшись, когда Лисе надоест, я выбрался из будки, неловко перепрыгнул забор и поковылял к себе.

– Что с тобой?! – воскликнула Куэс, подхватывая меня на руки. – Почему ты в крови? Ранен?

– Дай отдохнуть! – попросил я. – Не тряси.

Кошка занесла меня в дом, усадила за стол, налила чаю:

– Пей! – я стал пить, а кошка внимательно осматривала мои раны.