– Вот вам учебник, - протянул доктор растрёпанную книжку. – Пусть читает её вслух. Только пусть не говорит, а поёт, при этом прохаживаясь по комнате. Он читать хоть умеет?

– Умеет! – отрезала мама. – Не хуже вас! – она отобрала книжку и попыталась затолкать её в свою сумочку. Это ей не удалось, и мама сунула книжку мне в руки.

Когда мы вышли из кабинета, нас встретил невообразимый гвалт: дети, пришедшие на приём, бегали по коридору, играли, кто в прятки, кто в пятнашки. Родители и персонал не могли справиться с ними, только добавляя сумятицы.

– Сай, мы весь день здесь проведём? – устало спросила мама.

– Мама? – я вопросительно посмотрел на маму.

– Собери детей.

Мои сёстры и братик бегали быстро, но я ещё быстрей. Через минуту я принёс всех маме:

– Мама, Сай!

– Ты их задушишь! Отпусти детей.

– Мрмяу! – ласково сказал я ребятам, и они послушно встали возле меня. Я быстро одел их в тёплые комбинезончики, и мы поехали в магазин.

Набрав ещё продуктов, причём я выпросил своего любимого печенья, мама привезла нас в отдел детской одежды, и купила мне джинсовый комбинезон и кепку с длинным козырьком, ещё футболку, под цвет.

Я был счастлив.

– Скоро весна, легче тебе будет бегать.

– Мама! Сай! – радовался я. Это ночью я мог придумать себе любую одежду, днём я должен был одеваться, как человек. А как ребёнок, я любил обновки. Мама расщедрилась даже на новую пижамку.

– Смотрю, ты ночью уже по кошечкам начинаешь бегать, – заметила мама. – Так хоть голышом не бегай. Не всегда и не все могут правильно оценить твоё достоинство, - поучала меня мама.

– Мама! – улыбнулся я. – Сай!

– Умница, мальчик мой! – потрепала она меня по пёстрой голове, и я замурлыкал.

– А где книжка? – спросила мама, когда мы усаживались в машину. Я пожал плечами.

– Ну и чёрт с ней! – сказала мама. – Что, у нас книг нет? Сай, ты говорил с девочкой, не отпирайся, все видели! Почему ты притворяешься, что не умеешь говорить?

– Мама? Сай?

– Да, я хочу, чтобы ты что-нибудь сказал.

– Ну, ты сама это хотела! – сказал я, и все заткнули уши.

– Котёнку наступили на хвост! – прокомментировала Маша.

– А немного тише? – я произнёс несколько фраз.

– Неужели тебя понимают? – удивилась мама. Я кивнул.

– Это на кошачьем? – спросила Даша.

– Аякаси, - сказал я.

– Аякаси? – переспросила Маша. – ты хочешь сказать, они на самом деле есть? – Я кивнул, и подумал, что Джим тоже аякаси, а, может быть, он и есть пропавший домовой? Злая Лиса обратила домового в пса, а когда он заговорил со мной, лишила его дара речи?

Поговорить бы с ним… Если бы не кусался! Я задрал штанину и внимательно осмотрел лодыжку. Следов укуса уже не было. Маша с Дашей тоже попросили посмотреть.

– Всё зажило? – спросила Маша.

– А на боку? – спросила Даша.

– И на животе? – спросила Маша.

– И на… ниже? – спросила Даша.

Я улыбался и кивал, а Никита сказал, что он тоже так может.

Конечно, книжка нашлась, в одной из сумок. Меня одели в новую пижамку и заставили, весь вечер, петь песенки. Получалось немного по-кошачьи, мне вторил Джим из-за своего забора, было очень весело. Потом, когда все уснули, меня достала Куэс, выговаривая мне за хоровое пение.

– Будешь ворчать, ещё спою! – пообещал я.

– Ты лучше спой на сходке демонов! – посоветовала она. – Всех разгонишь!

17. … в свои старые джинсы и рубашку.

– Лучше бы придумал себе одежду! – посоветовала мне кошка.

– Я не какой-то там нищий аякаси! – задрал я нос.

– Смотри, потеряешь где-нибудь штаны, опять получишь ремня! – предупредила Куэс.

– Почему это я их потеряю? – испугался я.

– Потерял же пижамку? Голышом прибежал.

– Это я в разведку ходил! – похвастался я.

– Сейчас тоже будет похоже на разведку, а тебе даже обратиться не удастся! Запутаешься в штанах! – звонко засмеялась девушка. Я покраснел и решил обидеться. Мне казалось, я уже умею это делать.

– Ладно, поступай, как знаешь! Ты уже большой мальчик! – уступила мне домовая. – Поцелуй меня на прощанье! – я лизнул её от подбородка до ушей, и убежал, слушая её негодующие крики уже со двора.

На улице было свежо, дышалось легко. Я запрыгнул на дерево и крикнул:

– Эй, Джим!

– Гав-гав-гав! – ответил мне злобный цепной пёс.