Майя закрыла глаза. Перед глазами снова замелькали оскаленные клювы, замельтешили тени. Спать было страшно и невольно хотелось оттянуть этот момент. Вспомнила рассказ Лики. Когда-то, еще во время той страшной битвы при Расколе, магистр Нэстэ в шутку пообещала своим подругам вернуться даже из темных чертогов Неназываемого, если вдруг узнает что нужна кому-то из гекатесс.

Они всего лишь молодые гекаты и о Дарующей миры знали только из рассказов лично ее знавших гекатесс. Но ведь они тоже вроде как под покровительством гекаты тети Рианны. А какбы было хорошо, если бы эта давняя шутка оказалось правдой! Майя вызвала из памяти голографическое изображение гекатессы, установленное рядом со своей матерью в ее комнате. Дарина как-то рассказала, что снимок сделан в одном из миров Бездны, на краю скалы. Дарующая любила отойти от полевого лагеря и побыть перед сном одна. Ей не мешали, но и не оставляли без прикрытия. В мемориале девушка стояла, всматриваясь куда-то в даль, а в ногах сидел кот.

Сон уносил Майю в небытие. Она сосредоточилась именно на коте и всеми силами позвала его. Она никогда, даже своим гекатессами не признается в совсем детском поступке. Но ведь страшно все-таки засыпать после таких событий. А призрачная ниахара быть может защитит от кошмариков, если захочет ей присниться.

Ей показалось даже, что ухо кота дернулось, потом он повернул морду, на которой отразилось абсолютное и полное недоумение.

Неожиданно для себя, Майя хихикнула. Даже собственное воображение ее дурой считает.

Утро выдалось не радостным. Майя свой ночной час отдежурила в первой паре, после чего снова завалилась спать.

С утра она с трудом продрала глаза. Все тело ныло так, что было больно даже повернуться, не то что встать. Каждый синяк именно в этот момент радостно захотел оповестить о своём существовании.

Вокруг раздавались тихие стоны и даже проклятия. Друзьям приходилось не лучше, чем ей. Ильшана, так и вовсе едва оторвав голову от сена, тут же скрючилась в рвотных позывах.

Вирт, так же как и Майя старался не подавать виду. Но разве можно скрыть, когда тебе даже выпрямиться без стона трудно.

Полевые индивидуальные аптечки были предназначены для оказания первой помощи, но уж не как не для лечения. В чем дети и убедились в это утро. Для лечения в каждом отряде была лагерная аптечка, оставленная ими при поспешном бегстве с первой стоянки.

Но было и ещё кое-что. Не без труда, но все же расходившись, Вирт с Майей последовали за Яйилой и долго смотрели на труп врома.

– Я думала он просто прилег.
– Будто оправдывалась девочка.
– А он....

– У него было больше всех укусов, один из них вод здесь.
– Вирт ткнул ножом в набухшую шишку в районе шеи погибшего животного.
– Та вдруг лопнула, изливая на шкуру желто-зеленую жидкость, в которой можно было рассмотреть извивающегося маленького червячка.

Все невольно отпрянули. А червячок скрутился в спираль, и тут же забурился, уходя в глубину мяса.

– Твою ж. ... Совсем не по- детски прокомментировал Вирт.
– Нужно осмотреть остальных вромов. Такие укусы еще у нескольких были

Таких в табуне обнаружилось аж два штуки. Маленькие ранки у них обраужились на крупе и ногах. Они сильно хромали на пострадавшие конечности, были вялыми и уже плохо реагировали на окружающую обстановку.

– Скорее всего это результат воздействия личинок.
– Вздохнула Майя, пытаясь хоть что-то выудить из памяти на этот счёт.

Но на вопросительный взгляд брата, ей пришлось только отрицательно покачать головой. О таких вещах с ними ещё не говорили.

Пострадавших вромов отвели немного дальше, вниз по лощине. Ничем иным им они не могли уже помочь. А добивать своих спасителей ни у кого рука не поднялась.

Остальной табунок тоже не блистал здоровьем. Животные после смертельной гонки едва пришли в себя. Многочисленные порезы и ссадины красовались у каждого из них. Вирт даже облегченно выдохнул, выяснив, что это обычные раны, без каких либо новых сюрпризов.

Глядя на лежащую на сене Лишану, Майя с Виртом выслушали мнение своих товарищей и переглянулись.

Друзья только высказывали свое мнение. Так было заведено с самого начала еще Ликой. Окончательное решение всегда принималось командиром группы. В данном случае старшими гекат. Друзья не скрывали страха и смотрели на них с откровенной надеждой. Все таки они были детьми правящей и из императорского рода Арден. У них в родстве были сама Майя и Рианна основательницы.

Им обоим было не по себе. ТАК на них друзья еще никогда не смотрели.

Мама, в беседах наедине, часто ругала их за то, что показывают свое настроение перед гекатами. Они должны были быть не только лучшими и примером для них, но и настоящими старшими. А к кому еще могут пойти со своими проблемами члены гекат, как не к своей старшей. Их родители далеко, все, что расскажешь воспитателю немедленно станет известно Совету и их высочествам.

Но сейчас весь их отряд ожидал решения, от которого зависела их жизнь.