– Баюн говорит, ушли они за горизонт, – посмотрев в сторону вышки, продублировал голосом теперь уже именно мне невидимые в темноте жесты наблюдателя Филин. Сказано это было с ясно слышимым намёком в голосе: “хватит уже тут торчать”.

– Вот бы мне такие глаза! – в сердцах выпалил сержант стрелков прежде, чем я успел отдать приказ. Наконец-то он перестал запинаться.

– В деревнях настойку глазную, поди, уже разливать начали, – неожиданно для меня ответил ему старшой. – Она завсегда поспевает, когда зима излом прошла, да к весне дело повернулось. У нас отрокам её дают, когда тем возраст подходит – стало быть, и на Рубеж скоро привезут, с караванами. Чудесную силу свою потеряет она седмицы за две, что не делай, и способность сквозь темень зрить за валом как отрезает, зато никогда такого не было, чтобы не хватало её кому-то.

Вот те раз, какая интересная инфа. Получается, что ночные дозоры на стенах не такие уж и бессмысленные, если Рубежники, прослужившие до первой весны, уже все в темноте поголовно видят? То-то на складах темнота была: интенданты из ветеранов, им свет точно не нужен был! И мой рапорт по изменению схемы дежурств так и канул под сукном: предложение логичное, но только если не знать о чудо-средстве, добываемом каждую зиму.

Причём, если Устав читать, складывается ощущение, что никакой “настройки” не существует: лампы, которые положено держать зажжёнными во всех помещениях, освещение периметра… Ровно та же ситуация, что с и “живой водой”.

– Возвращаемся в казарму, – всё-таки приказал я. Н-да. Интересно, сколько ещё “всем известно, но об этом не говорят” я не знаю? Может, кроме средства для модификации глаз (а что это ещё может быть?!) есть ещё и другие… ну пусть – стимуляторы? Тогда становится понятно, почему на заставе такой бардак поначалу был: мало того, что все солдаты новички, и большинство сержантов – тоже. Так ведь ещё и параметры личного состава отнюдь не соответствуют привычным для командира заставы и его зама.

– Тащ лейтенант, сержант десятка разведчиков Арн по вашему приказанию…

– Вольно, – разрешил Фомоза и без лишних предисловий подвинул в мою сторону тонкую стопку бумаги: – Запланирован разведрейд. Ознакомьтесь.

Ну ясно, чего-то такого я подспудно и ожидал. Мой десяток не просто так называется “десятком разведчиков”, и до того сидел за периметром как приклеенный только потому, что заменить владеющих ночным зрением отвальных было некем. Зато теперь проблема решена – караван пришёл и, как и обещал Филин, привёз “глазную настойку”. Несколько бочек – это при том, что зелье нужно было закапывать в глаза. Колин спокойно выдал мне пузырёк для экспериментов. Не над собой, конечно, а над Глафирой: курица внезапно вспомнила, что она курица, и начала нести яйца, мгновенно подняв свой статус в десятке. Пришлось по такому случаю дать ей имя – как оказалось, что нельзя выменять на самогон и квалифицированную медпомощь, можно получить за свежее куриное яйцо. И смех, и грех.

Содержание домашних животных на территории заставы не то, чтобы прямо запрещалось – нельзя было провезти караваном. По понятным причинам: заполучить в один прекрасный момент вместо овцы или коня опасного мутанта прямо под боком никто не хотел. А мелких животных никто не держал: для местных реалий это было странной причудой, а не хобби. Для деревенских скот оставался скотом (правда, я слышал, как коров ласково называли “кормилицами”), городские вообще часто реально ненавидели животных, не без основания считая разносчиками болезней. Что касается благородных, то те изредка держали охотничьих собак – но опять же, не сами, а перепоручая слугам…

В общем, курица была только у меня. Смотрели на это косо, но все молчали: мою способность заметить, что с питомцем что-то не так, никто не ставил под сомнение. И возможность играючи справиться с этой проблемой – тоже. Я и раньше сильно выделялся среди остальных – тем, что продолжал таскать свою броню, ростом, невероятно продвинутым метательным оружием. А уже после боя против диких горных овец вообще приобрёл какую-то странную, но определённо положительную известность.

Рядовые, среди которых люди моего роста были редкостью, умудрялись смотреть на меня снизу вверх, сержанты уважительно здоровались. Меня обожали повара, выделял фельдшер и ненавидели интендаты. Я регулярно засылал рапорты командирам, и вообще не давал им о себе забыть. Стал завсегдатаем в мастерских. Доходило до того, что ко мне, а не к Фомозе шли другие сержанты, чтобы я им растолковал тот или иной пункт Устава. Или помог сочинить рапорт, чтобы его не смогли лёгким движением руки выкинуть в мусорку из-за неправильного оформления – проблем-то по-прежнему хватало. Ну и конечно – курица, да.

По заставе Сим ползли слухи один другого чуднее, что я на самом деле вытворяю с бедной Глашей: я ведь действительно на ней тренировался, в том числе и в накладывании резидентных заклинаний Жизни. Из-за чего птица то лишалась части перьев, то расставалась с очередной порцией крови, то просто вела себястранно. Кажется, десятки из соседних казарм на полном серьёзе считали, что если Глафира пропадёт – то я заменю её кем-нибудь из них. Наверняка Баюна работа, у которого деревенская пеструшка тоже ходила в любимицах. Точнее, неуёмного воображения штатного разведчика десятка и его хорошо подвешенного языка.

В общем, я думаю, меня бы давно послали… в разведку. Если бы не особый статус десятка. Ну а теперь сдерживающих факторов больше не было… так, стоп. Что?!

– “Разметка территории”, – вслух перечитал фразу я. – Это что?

На схематичном плане это загадочное действие выглядело как две длинных линии, уходящих от территории укреппункта Сим на северо-запад и северо-восток, ещё глубже в Шрам.

– Обновление запахового следа, по которому многие твари выходят к нам, – как нечто само собой разумеющееся объяснил мужчина. Посмотрел на меня, взял карандаш, тонкими линиями нарисовал ещё одну заставу рядом и такие же лучи от неё, на концах пересекающиеся с нашими. – Так понятно? Компоненты для смеси караван доставил, разделите своих людей, сержант Колин проинструктирует об особенностях применения средства. Заморозков больше не будет, потому нужно успеть нанести, пока новая трава не начала расти, иначе в землю надолго не впитается. Разделите своих людей на две группы и готовьтесь выходить. Задача ясна?