Джез поймала взгляд Ашуа, когда защелкнула последний патрон в казенник, закончив заряжать винтовку. Ашуа быстро отвернулась. В Джез было что-то скрытое и опасное, что-то способное в любое мгновение вырваться наружу. Ашуа никаким боком не хотела присутствовать при этом.

Моторы над головой. Один из «Стервятников», летит прямо над домом. Низкий рев моторов наполнил комнату, трубы затряслись. Звук потряс ее; внезапно ей показалось, что они сражаются с врагом-гигантом.

«Мы же не собираемся бежать, верно? Или собираемся?»

Предательская мысль вонзила клинок сомнения между ребрами. Если бы она могла убежать, она бы сбежала. Если бы был путь для побега, она бы по нему пошла. Но идти было некуда.

Отсутствие возможностей подкрепило ее мужество. Стоять легче, когда опираешься спиной о стену. Она тряхнула головой, сплюнула и упрямо выругалась. Всю свою жизнь она сражалась, чтобы выжить. И не сдастся сейчас.

В следующее мгновение она повернулась к окну. Пробужденцев, вроде, стало больше. Некоторые из них залегли в снегу и стреляли по дому. Другие бежали, собираясь подавить оборону числом. Джез стреляла, заставляя их дорого заплатить за это. Ашуа присоединилась и положила еще двоих, потом пригнулась, чтобы перезарядить револьвер.

— Их слишком много, — яростно пробормотала Джез, подчеркивая каждое слово выстрелом. — Слишком… — Треск —…чертовски… — Треск —…много!

Внезапно весь мир превратился в шум и хаос, и Ашуа бросилась назад — пули ударили в бок здания, разбив вдребезги подоконник, воздух заискрился от летящих осколков стекла. Потрясенная, она скорчилась у стены, отделявшей их от кухни. Джез втиснулась в угол комнаты, ее глаза сверкали; у нее буквально текла слюна, как у гребаного хищника при виде окровавленного куска мяса. Ревели маршевые моторы, штурмовик завис над лугом. Потом он развернулся в воздухе и обрушил еще один залп на ряд зданий. Ашуа поползла, пытаясь где-то укрыться, но смогла только прижаться к полу за разорванным стулом. Пули завыли, проносясь через гостиную, но вой быстро прекратился — пилот отвлекся на что-то еще.

Ашуа осталась там, где лежала, грудь ходила ходуном, сердце колотилось. Это уже чересчур. С такой огневой мощью невозможно сражаться. Штурмовики пробужденцев повисли по обе стороны от домов; они почти достали ее.

«Это плохо, — сказала ей испуганная маленькая девочка, чей голосок она давно не слышала. — Это очень-очень плохо».

Шаги. Быстрые шаги на лестнице, ведущей в кухню. Встревоженная, она скользнула вдоль стены к дверному проему, соединяющему обе комнаты. Она заглянула за угол и навела револьвер.

В кухню ворвался человек в пальто. Он шагал так быстро, что она, шокированная, нажала на спусковой крючок.

Щелчок.

Пелару застыл на месте и изумленно посмотрел на нее. Ашуа, широко открыв глаза, посмотрела на него. Только сейчас она сообразила, что в суматохе после атаки штурмовика у нее не было времени перезарядить револьвер.

Выкинув ее из головы, такиец пробежал мимо, направляясь к Джез. Ашуа выдохнула трясущимися губами.

«Я едва не убила его, — подумала она. — А что, если бы на его месте был Малвери?»

Она опять прижалась к стене. Стена — это что-то твердое, что-то такое, на что можно опереться. Она открыла барабан револьвера и начала вставлять патроны внутрь, не спуская глаз с торговца слухами, который присел на пол рядом с Джез.

— Джез! — сказал он, но она, похоже, не услышала. — Джез! — теперь уже рявкнул он. Только тогда она посмотрела на него. — Не делай этого, — твердо сказал он.

— Их слишком много, — хрипло ответила она.

Ашуа со щелчком закрыла барабан и быстро вернулась к окну. Подоконник разлетелся на куски; на его месте находилась зазубренная дыра, окруженная разбитым кирпичом и щепками. Снег влетал внутрь и оседал на осколках стекла. Она посмотрела наружу, в поисках штурмовика, но он уже затерялся в белой мгле.

Пробужденцы уже достигли края луга. Только короткий склон отделал их от домов. Она высунула револьвер наружу и стала бешено палить по ним. Два человека резко вздрогнули и упали, брызги крови усеяли снег.

— Эй! Кто-нибудь будет, наконец, стрелять? — крикнула она.

Пелару держал голову Джез в руках и тяжело глядел ей прямо в глаза. Ее зубы были оскалены, изо рта капала слюна.

— Возьми себя в руки, — сказал он. — Ты не непобедима. Ты не в состоянии сражаться со всеми ними. Возьми себя в руки!

— Черт побери, мне нужна помощь! — проорала Ашуа. Она еще пару раз выстрелила, потом резко пригнулась, когда пуля чиркнула по капюшону ее пальто.

Джез отбросила руки Пелару и оттолкнула его назад. Он отступил и споткнулся, едва не упав. Пока она стояла там, сгорбленная и дикая, волна ужаса накрыла Ашуа. Ман внутри Джез прорвал поверхность и вышел наружу. Ее внешний вид изменился, в послеполуденном полумраке она стала похожей на оживший ночной кошмар. Потом она отбросила винтовку и выпрыгнула в окно.