– Никто не хочет мне ответить?! – орал Киллиан.

– Я бы сказал, но ты ранишь голосом мои уши, – Тревор скривился.

Киллиан пронзил сына взглядом.

– Не умничай, Тревор. Веди себя на свой возраст.

Тревор улыбнулся.

– Конечно, папуля, – он подмигнул, сводя все к шутке.

Джек фыркнул, пытаясь подавить смех.

Киллиан посмотрел на брата. Гнев кипел в венах мужчины. Он хотел вырвать сердце Джека и раздавить. И меня это пугало.

– Хочешь смеяться? Смейся, Джек. Давай, – оскалился он. – От твоей глупости пострадала твоя сестра. Ты не понимаешь это своим микромозгом?! Ты чуть не уничтожил Маяк, чуть не убил этим всех на планете! За это ты в ответе.

– Почему? – рявкнул Джек. – Вы – лидер. Не я. Вы. Так разве это не вы в ответе, Киллиан? Не вините меня, потому что не можете управлять так хорошо, как мой отец.

Киллиан пошел к моему брату. Он схватил Джека за шею и яростно сказал:

– Слушай меня, сынок, и внимательно. Я не выдавал тайну. Ты это сделал. И это не я навредил Аманде, а ты.

Джек пытался отойти от Киллиана, но тот крепко сжимал шею Джека.

– И радуйся, что твой отец мертв. Если бы он тебя сейчас увидел, точно убил бы, – Киллиан отпустил моего брата и встал между Хамптонами.

Джек смотрел на пол, не мигая. Его глаза покраснели, лицо подрагивало. Эмоции пытались проступить, те, что он всегда подавлял в сердце. Печаль, гнев и боль были сдавлены. Я была уверена, что уловила не все, потому что Джек даже не знал, какими они были.

Брат взглянул на меня, явно думая, ощущала ли я его чувства. Я не знала, как он себя чувствовал. Я не могла хорошо читать эмоции брата. Приходилось догадываться, ведь было слишком сложно. Порой взрывалась основная эмоция. Обычно это был гнев.

Киллиан решил продолжить допрос.

– Кто пытался сказать паре не идти в полицию? – сказал он.

Джек посмотрел на Киллиана.

– Я, – соврал он.

Киллиан покачал головой.

– Джек, скажи, кто не справился!

Тревор поднял руку.

– Это был я. Им не понравились мои шутки.

Дастин закатил глаза, Финли слабо улыбнулась. Мистер Хамптон улыбнулся, казалось, он хотел приободрить всех.

– Кто был с тобой, Тревор? – требовал Киллиан. Он должен был понимать, что это была я. Тревор и Дастин редко что–то делали вместе.

– Только я, – сказал Тревор.

– Как же, – фыркнул Киллиан. – Никто не дал бы тебе такую работу. Хотя после поступков Джека он мог не понять, что ты – социальный инвалид.

Улыбка Тревора увяла.

– А это обидно.

– Молчи, Тревор, – сказал Киллиан с отвращением.

– Не говорите так с ним, – вмешался Джек. – Ни сейчас, ни потом.

– Это мой сын. Я могу делать, что хочу.

– Это не дает права оскорблять его.

– Не важно, – рявкнул Киллиан. – Просто скажи, кто был с ним.

– Никого не было.

– Хватит! – закричал Киллиан. – Я знаю, это была Аманда, – он повернулся ко мне. Глаза пульсировали от гнева. – Тебя не должно там быть. Ты все портишь.

Я покачала головой.

– О чем вы, Киллиан?

– Сначала убила существ, нарушила сделку, а потом нарушила правило наследия. Дальше ты уничтожишь нашу судьбу, переспав с врагом.

Мои глаза расширились.

– Что?!

– Ты слышала, – рявкнул Киллиан и подошел ко мне. Страх пронзил меня, его лицо было близко. – Если бы ты не была такой шлюхой, это сейчас не происходило бы, – Киллиан замахнулся на меня.

Джек чуть не бросился на Киллиана, но Дастин был быстрее. Презрение и ненависть кипели в Дастине, усилившись вдесятеро. Эмоции бурлили во мне, как мои.

Дастин схватил руку отца.

– Ты не имеешь права так с ней говорить, – прорычал он.

Киллиан оттолкнул Дастина и посмотрел на меня.

– Это ты начала, Аманда Челси. Ты ощущаешь боль всех в своем теле. Это твоя вина. Все из–за тебя.

Я пыталась сдержать слезы.

– Идите в черту, – сказала я. – Вы ничего не знаете.

Киллиан нахмурился.

– Что, прости? – он не мог поверить, что я огрызнулась. Он шагнул вперед, и в этот раз слова поглотили всех так, что действия остались незамеченными.

– Вы слышали, – рявкнула я. – Вы не знаете, что происходит в наследии, и это вас пугает. Вы боитесь, потому что впервые вам кажется, что вас выгоняют из дома. Вы дышите наследием, без него вы не знаете, что делать. Признайте, Киллиан. Вы уже не часть наследия. Вы никому не нужны.

Его рука была быстрой. Моя голова отдернулась, щеку обожгло. Боль уже была знакомой.